И сразу видно — он будет не такой шельмец, как наш Олежек. Уж явно вырастет добрым, спокойным мальчиком, тихим и рассудительным.
Степан, усевшийся рядом в кресле, отрывается от чашки чая и задумчиво замечает:
— Только глаза у парня уж слишком проницательные для мелкого. Такое ощущение, будто он прямо в душу заглядывает, всё насквозь видит, — матёрый царский охотник передёрнул плечами.
Светка, которая устроилась чуть поодаль, удивлённо вскидывает брови и переспрашивает:
— Что, правда? Степан Тимофеевич, ты серьёзно?
Ира тут же одёргивает мужа, махнув рукой и бросив на него укоризненный взгляд:
— Не говори глупости, Стёпа.
Что ты придумываешь тут! Это всего лишь ребёнок.
Лакомка, не удержавшись от лёгкой улыбки, поправляет складки платья на диване и мягко добавляет:
— Да Славик просто прирождённый телепат-Провидец, папа Степан. Даня ведь говорил, что наш малыш всё время старается заглянуть в будущее. Вот и строит всем такие серьёзные глазки.
Степан качает головой, не унимаясь:
— Будущее, значит, разглядывает?
— Пытается, — спокойно уточняет Лакомка.
— Моё тоже?
— Всех, кого видит.
Степан прищуривается, снова откидывается в кресле и бормочет уже тише, словно самому себе:
— Такое ощущение, будто у него и в самом деле получилось. Ну и парни у Данилы… надо признать, непростые, под стать отцу.
— А почему этот мужчина плавает в фонтане? — Ирина, округлив глаза, с изумлением восклицает, указывая рукой в распахнутое настежь от жары окно.
Лакомка лишь тяжело вздыхает и поясняет с оттенком усталого равнодушия:
— Это Грандбомж. Он временно живёт у нас. Сейчас он просто купается, не обращайте внимания.
Степан, привстав с места и вытянув шею, всматривается внимательнее и заявляет:
— Ничего себе «купается»! Он же засунул голову в воду и судорожно дёргается, будто на последнем издыхании!
Лакомка, раздражённо поднимая голос, кричит прямо в окно, откуда доносится журчание фонтана:
— Грандбомж! Ну ты чего удумал⁈ Зачем эти выкрутасы при наших родителях? Иди убивайся в другом месте, не здесь!
Затем она с привычной хозяйской строгостью обращается к «сестре»:
— Света, задёрни, пожалуйста, шторы.
* * *"
"Рю но Сиро или Замок Дракона, Япония (пока еще)
Стоя во дворе Замка, японский чиновник, только что прибывший на остров, с резкими, рублеными интонациями отчитывает Ледзора и Зелу:
— Даймё Данилы нет? Что ж, тогда вам всё выскажу.
