Первая — я не знаю рецептов, и погуглить их в этом мире не получится. Вторая, самая главная, — неизвестно, как вытащить ядовитые железы, чтобы мясо при этом осталось съедобным. А наобум готовить не хочу.
Я же не голодаю, чтобы так рисковать!
Встаю и, едва передвигая усталыми конечностями, снова зажигаю свечу. Обхожу периметр кухни. На всякий случай забиваю слив тряпочками. Других дыр в стене не нахожу, поэтому ложусь спать с чистой совестью.
Белка, убедившись, что мои хождения на сегодня закончены, устраивается в гнездышке из соломы и бормочет:
— Вы, госпожа, как замуж вышли, совсем другой стали.
Раньше вы бы в обморок шлепнулись при виде гадины. А сейчас накинулись на нее с метлой и сковородкой, словно грозная гарпия!
— Ну… — едва шевелю языком. — Я даже подумать толком не успела. На инстинктах действовала.
— Раньше у вас инстинкты, что у зайчонка были. Чтобы спастись, вам надо было бежать быстрее. А сейчас инстинкты стали, точно у тигрицы. Чтобы выжить, вы атакуете первой.
Я вот думаю, у этих перемен есть конкретная причина.
— И в чем, по-твоему, причина моих перемен? — открываю глаза, не на шутку встревоженная.
— Так очевидно же, — тянет белка.
С губ срывается тяжелый вздох.
Если она опять заведет речь о том, что я не ее госпожа, то я за себя не ручаюсь.
Глава 30
— Я думаю, госпожа, причина в том, что вы с драконом обменялись кровью на церемонии брачных уз. Вместе с кровью вам его смелости перепало. Вот поэтому вы теперь другая.
Зажимаю рот. С трудом удерживаюсь от смеха.
Заразиться смелостью через кровь…
Какая оригинальная версия! Главная прелесть этой идеи, что она отвлекла Танию от мыслей про мое попаданство.
— Может оно и так, — говорю с улыбкой. — А, может, я просто растерялась. Вот и схватилась от шока и страха за сковороду.
Белка не отвечает. Выжидаю минуту, другую…
Молчит.
Сначала мне кажется, она думает над моими словами, а потом понимаю, что она заснула. Вот и славно!
У меня тоже глаза слипаются.
Я хорошо согрелась под грубой, но теплой мешковиной. Ночная тишина обнимает покоем, зовет расслабиться. Самое время отдохнуть.
Но, видно, не судьба.
— От шока и страха, говоришь? — раздается сердитое рычание со стороны входной двери. — Да ты, невестушка, даже не начинала еще бояться! Зря-я-я ты меня не послушала… Ох, зря-я-я!
Поворачиваю голову на голос и вижу там вчерашнюю ведьму, которую с трудом узнаю по густой черной шевелюре.
