Вот это деревце и благоухало, и знакомо так, как у нас поздней весной на даче.
Я подтолкнула Любу локтем - Смотри, ты такое дерево знаешь?
Подружка тут же понеслась смотреть данную растительность. Вернулась с цветущей веточкой, несколько обескураженная. Плюхнулась рядом, растерянно пробормотала.
-Это однозначно, яблоня. Но молодая, в таком возрасте они ещё не плодоносят. Там ещё меньше есть и тоже цветут. То, что цвет сиреневый - понятно, но почему так вегетация поменялась?
Я возразила - Да тут все не так! Тебя не удивляет, что сейчас вроде бы весна, а голубая пшеница уже созрела? И топинамбур?
Люба отмахнулась - Да это просто пшеница озимая! А здешняя весна по нашей климатологии соответствует середине лета.
Я же говорила, что можно два урожая снимать! Я о другом беспокоюсь. Надо бы молодые цветущие деревца забрать отсюда. Там, подальше, взрослое большое дерево растет, так там почти не осталось ни зелени, ни цветов, все сожрали гусеницы здоровые, вот такой расцветки!
Люба показала на пролетавший мимо нас рой огромных, невероятно красивых тропических бабочек.
Да, проблема. Это ведь хоть по одному деревцу на каждую усадьбу надо. Да ещё и неплохо бы в будущий сквер на площади, и к школе - саду, и к досуговому центру. Ох, лишь бы мужики не озверели, они и так уже столько волокут на себе, а тут мы вновь со своими находками. И бросить здесь - жалко до слез и жаба баланс не подпишет. Ладно, сейчас они вернутся, спросим.
Любе на месте не сиделось, ее опять понесло дальше. Но почти сразу же послышался какой-то треск, сдавленное ойканье и приглушённый голос Любочки.
-Наташа, иди сюда, только осторожнее, и не ори, не зови никого!
Я, нацепив чёртовы ботинки и подвязав их вновь остатками веревицы, полезла в кусты, откуда и доносилось оханье Любы. Предварительно натянув капюшон на голову, опустив маску и надев перчатки. Во всеоружии, так сказать. Проломившись сквозь кусты, увидела подругу, раскоряченную в странной позе. Практически Волочкова на шпагате. Одна нога лежала на земле параллельно, вторая скрывалась где-то в глубине земли.
Люба тихо проговорила.
-Наташа, подойди сзади ко мне, здесь вроде бы прочнее, и за подмышки тяни меня. Только постепенно и не зови никого. Стыдобища какая!
Ладно, я не злопамятная! Я даже совсем ни разу не помню, кто смеялся надо мной! Осторожно приблизилась к ней, подхватила и дернула на себя. Под Любой что-то угрожающе затрещало. Мы замерли. Потом потянула уже потихоньку, Люба помогала рукой, упираясь в землю. Я пропыхтела.
