Королева ему было жаль, но истерики он не терпел даже у женщин, а уж у мужчин… Заведующий хирургией оторопело смотрел на него, даже глаза стали более ясными, взгляд осознанным.
– Что?"
"– Видео снимали и отправляли уж точно не для того, чтобы убить вашу Юлю. Даже если допустить, что у нее были враги, хотя откуда им взяться у двадцатипятилетней девочки, то это точно не самый надежный способ для убийства. Видео послали, чтобы устроить скандал, заставить задергаться вас.
– Меня?
– Вас, Сергей Александрович, вас.
Молоденькая девочка не могла стать мишенью.
– Но это могла быть просто бесцельная подлость.
– Тоже вряд ли. Как вы справедливо заметили, служебные романы в медицине не редкость. И если бы у нас просто завелся мелкий пакостник, то такие сообщения отправлялись бы десятками. Нет, тот, кто это провернул, действовал осознанно и именно против вас. Более того, он действовал не в одиночку.
– Откуда вы знаете?
Пожалуй, рассказывать о разговоре, невольной свидетельницей которого стала Владислава Громова, сейчас не стоило.
В адекватности Королева Радецкий был не уверен, пойдет восстанавливать справедливость огнем и мечом, новых неприятностей не оберешься.
– Знаю. И поэтому предлагаю спокойно подумать, кто и за что решил втравить вас в неприятности. Скорее всего, эти люди рассчитывали, что бывший парень вашей Юли устроит ей скандал, возможно, даже ударит. После этого она пришла бы на дежурство в слезах, рассказала вам, что случилось. Как бы вы поступили?
– Разумеется, отправился выяснять отношения с этим подонком.
– Вот! Была бы драка, вызвали бы полицию, шумиха оказалась бы неизбежна. Семья ваша обо всем бы узнала.
Королев горько усмехнулся.
– Она и так обо всем узнает.
– Возможно. Сергей Александрович, не буду объяснять прописную истину, что если человек делает что-то тайно, то должен в любой момент быть готовым к тому, что это всплывет. Но дело не в этом. Кто ненавидит вас так сильно, что придумал все это? Подумайте взвешенно и спокойно.
И расскажите обо всем следователю или полиции. Или мне, на крайний случай. Я только очень вас прошу не устраивать самосуд и не увязать в еще больших неприятностях.
На глазах Королева появились слезы.
– Вы думаете, я еще чего-нибудь боюсь? После смерти Юльки? В сравнении с этим меркнет все. Хотя вам не понять.
Здрасте, приехали. То есть в глазах подчиненных он выглядит бездушным роботом, неспособным на человеческие эмоции. Забавно.
