Подружка-лесбиянка. Как бы это проверить, чтобы никого не обидеть?
– Лена, а вы сами замужем?
– Да. А что?
– Ничего, просто спросил. Давно?
– Не очень, меньше года.
– Ваш муж знаком с Ларисой?
– Конечно. Она и на свадьбе у нас была, и в гости к нам приезжала. И сегодня должна была… мы собирались…
Лена тихонько заплакала, но быстро взяла себя в руки.
– А сами вы в гостях у Ларисы бывали?
– Да, в мастерской.
– А дома? Я имею в виду не тот дом, где она с мамой жила, а дом Риттеров.
– Нет, там не была.
Все равно поговорить не дадут. Мы с ней в мастерской любили посидеть, кофе попить, вина какого-нибудь легонького, потрепаться.
– Одновременно с вами у Ларисы бывал кто-нибудь? Ну там подружка или приятель?
– Нет. Мы всегда вдвоем были.
Опять двадцать пять. И с матерью-то она только вдвоем, и с подружкой вдвоем. Никаких зацепок, никаких выходов на новых людей.
– Лариса в последнее время не жаловалась вам, что ей кто-то угрожает? Может быть, она стала нервной, беспокойной?
– Угрожает? – переспросила Лена.
– Нет, ничего такого. И нервной она не стала.
– Может быть, что-нибудь странное происходило. Вспомните, Лена.
– Странное… Ну я не знаю, если только это…
– Что? – мгновенно сделал стойку Доценко.
– Ей какая-то женщина все время звонила.
– Какая женщина?
– Да откуда же мне знать? Ларка сама не знала. Придет домой, а свекровь говорит, мол, тебе женский голос звонил, не представился и ничего передавать не просил.
Ну-у-у, а он-то размечтался… Подумаешь, позвонил кто-то и не представился.
Такое каждый день бывает.
– Это всего один раз было? – безнадежно спросил он."
"– Да в том-то и дело, что нет. Полгода примерно эта женщина ей названивала, и всегда именно тогда, когда Ларки дома нет. Ни разу Ларисе не удалось с ней поговорить. Причем свекровь, Нина Максимовна, уверяла, что это не одна и та же женщина, а разные. Якобы она голоса хорошо запоминает, голос был точно не один и тот же.
– И Лариса даже предположить не могла, кто ей звонил?
– Мы с ней всех перебрали.
Всем старым подружкам позвонили, даже тем, с которыми сто лет не виделись, всем знакомым – не они. Целый вечер, помню, сидели в мастерской и по телефону названивали. Так и не выяснили.
Вот это уже предмет для разговора. Только с кем? Не с Леной Завьяловой, это точно. Говорить об этом надо с Ниной Максимовной, которая подходила к телефону. И с Риттером, может быть, он тоже имел счастье слышать неизвестную даму.
