Накануне он просидел добрых два часа в кабинете у заместителя генерального директора по персоналу и в итоге вместе с новой информацией унес с собой пригласительный билет на два лица, который поклялся использовать не для того, чтобы привести девицу на светскую тусовку и нажраться на халяву, а исключительно в служебных целях.
Зам генерального по фамилии Исканцев, как показалось Селуянову, искренне горевал о Галине Васильевне Аничковой.
– С Галиной Васильевной занималась моя падчерица, дочь жены от первого брака.
У девушки была тяжелейшая депрессия, а после курса у Аничковой она буквально расцвела. И никаких таблеток! Для меня было очень важным, чтобы без лекарств, понимаете?
– Понимаю, – кивнул Селуянов. – Откуда вы узнали про Аничкову? Кто вас с ней свел?
– Приятель, владелец одной торговой фирмы. У него как-то вдруг дела пошли очень успешно, я, естественно, поинтересовался, в чем секрет, он мне и рассказал про Галину Васильевну и про то, что заключил с Аничковой корпоративный договор.
Он использовал очень правильный, на мой взгляд, метод. Ведь наш русский человек страсть как не любит признаваться в том, что у него проблемы и он ходит к психологу или там к психоаналитику. Все стараются это скрыть. А проблемы-то есть, и совершенно очевидно, что они мешают успешно работать, а если успешно не работают отдельные сотрудники, то какой же может быть успех у всех вместе?
– Никакого, – согласился Николай. – И что сделал ваш приятель из торговой фирмы?"
"– Он оповестил весь личный состав, что фирма оплачивает услуги психолога для всех.
При этом никто не обязан отчитываться или ставить кого бы то ни было в известность, занимается он с Аничковой или нет. Более того, даже желательно, чтобы все было строго конфиденциально. С Аничковой заключается что-то вроде трудового соглашения, в котором записано, что она в течение шести месяцев является как бы штатным психологом фирмы и занимается со всеми, кто пожелает.
За это ей выплачивается гарантированное вознаграждение, достаточно высокое. Мы пошли по такой же схеме.
– Что-то я не понял, – остановил Исканцева Селуянов. – Ведь у Аничковой должен был быть оплачен каждый сеанс, верно?
– Верно.
– Как же вы могли заранее знать, сколько человек к ней обратится и сколько сеансов она проведет за эти шесть месяцев?
– Мы и не знали. Мы исходили из средних показателей.
