– Судя по тому, что я слышал, сэр Артур относился к вам с большим уважением, чем к остальным знакомым, – сказал Хардинг.
– Когда знаешь человека много лет, – с готовностью объяснила миссис Твининг, – то имеешь на него определенное влияние. Простите, инспектор, мое место жительства как-то связано с тем, что вызывает у вас недоумение?
– Нет, – ответил Хардинг. Раскрыв записную книжку, он достал наконец листок бумаги с надписью «Тер». – Вот это, миссис Твининг, было обнаружено на письменном столе сэра Артура, под его рукой, в понедельник.
Миссис Твининг бросила быстрый взгляд на инспектора и взяла листок. После непродолжительного молчания она заговорила ровным голосом, не отрывая взгляда от бумаги:
– Я не совсем понимаю. Говорите, этот листок обнаружен на столе сэра Артура…
– Мне кажется, он написал это после того, как был нанесен удар, миссис Твининг. Надпись вам что-нибудь говорит?
Веки ее дрогнули. Менее сдержанная женщина, подумал Хардинг, могла бы содрогнуться всем телом.
– Нет, – уверенно сказала миссис Твининг и вернула ему бумагу.
Выражение легкой насмешливости исчезло с ее лица. – Не говорит ничего. К сожалению.
Проследив взглядом, как Хардинг складывает листок и прячет в записную книжку, она, немного поколебавшись, спросила:
– Вам это кажется важным, инспектор?
– Не знаю, миссис Твининг. Я надеялся, вы сможете просветить меня.
– По мне, так это начало обыкновенного слова, мало ли какого. Очевидно, сэр Артур собирался написать какую-то фразу. – И, поднявшись, она повторила: – Увы, эта надпись не говорит мне ничего.
Хотите еще о чем-нибудь спросить?
– Нет, – ответил Хардинг. – Кажется, я напрасно отнял у вас время.
Миссис Твининг потянулась и нажала кнопку звонка.
– Ну что вы, всегда к вашим услугам, – вежливо сказала она. – Только проку от меня… – И, бросив быстрый взгляд на Хардинга, она спросила: – А какова ваша версия, инспектор? Или у вас нет никакой?
– Вероятно, вы правы, это начало обыкновенного слова.
Распростившись с миссис Твининг, Хардинг поехал в полицейский участок, где обнаружил ждущих его суперинтенданта и сержанта Незерсола.
Суперинтендант пребывал в отвратительном настроении и встретил Хардинга известием, что расследование окончательно зашло в тупик.
– Почему? – рассеянно спросил Хардинг.
– Вы отправляли сержанта навести справки по дороге в Бремхерст. Так вот, из Лэкстона только что пришло сообщение, – ответил Лаптон.
– Да-да! Относительно поездки капитана Биллингтон-Смита.
