Сержант подошел поближе и стал наблюдать за ним. Когда все было сделано, он с минуту помолчал. Потом произнес:
– Это он со зла, сэр.
– Во всяком случае, – сказал инспектор, – теперь, кажется, причина ссоры мистера Холлидея с генералом ясна.
Чек на пятьдесят фунтов не был погашен в банке. Он был датирован первым июля, и получательницей значилась миссис Камилла Холлидей. Внизу стояла генеральская подпись.
Больше ничего в корзинке не было. Бегло взглянув на два рекламных проспекта и уведомление о собрании местного агрономического общества, Хардинг взял обрывки чека и поднялся.
– Посмотрю расположение других комнат на первом этаже, сержант, – сказал он. – Оставьте здесь дежурного до тех пор, пока сейф не будет открыт, ладно?"
"– Слушаюсь, сэр. Пришли к каким-нибудь выводам? – застенчиво спросил Незерсол.
– Пока нет. Но пара догадок появилась.
Инспектор подошел к камину и нажал расположенную сбоку кнопку.
Вскоре на звонок явился дворецкий и повел Хардинга по первому этажу, словно экскурсовод по историческому замку.
Проведя через столовую к служебной двери в буфетную, он вернулся с ним через дверь, отделявшую флигель для слуг от холла. Потом показал садовый холл в восточной стороне дома, заднюю лестницу, вернулся и зашел вместе с инспектором в бильярдную. Из окна ее Хардинг увидел веранду, куда гости собрались на чаепитие. Идти в гостиную он отказался.
– Спасибо, я получил полное представление о доме. Теперь хочу повидаться с людьми, которые здесь находятся.
Можете проводить меня в какую-нибудь комнату, где меня никто не будет беспокоить, да и я не буду никому мешать?
– Думаю, лучше всего вам подойдет маленькая столовая, сэр, – ответил Финч, посторонясь. – Сюда, пожалуйста.
Хардинг кивнул Незерсолу, ждущему его у подножия лестницы.
– Пойдемте со мной, сержант.
Заглянув в блокнот, где был список гостей, он поднял взгляд на дворецкого.
– Миссис Твининг, случайно, не здесь?
– Да, сэр, она сейчас на веранде.
– Тогда попросите ее прийти.
Посреди комнаты стоял квадратный стол. Хардинг отодвинул кресло и сел спиной к свету. Клонящееся к закату солнце струилось в распахнутые окна. Инспектор разложил на столе бумаги и стал просматривать показания миссис Твининг, когда вошла она сама со скучающим видом. На ней было темно-лавандовое платье, создающее впечатление полутраура, и большая черная соломенная шляпа с высокой тульей, заломленная набок на безукоризненно причесанной голове.
