– Если Артур выбрасывает людей из своей жизни, – сказала миссис Твининг с легкой улыбкой, – то делает это очень тщательно и навсегда. Ее все считали красивой.
– Я не виню ее за уход от Артура, но дурно было покидать Джеффри, да еще такого маленького… – задумчиво произнесла Дайна.
Миссис Твининг вышла из проема в ограде на газон.
– Да, дурно. Но за все свои дурные или глупые поступки она расплатилась. Артур в доме, не знаете?
– Наверное. А вон Фэй идет с огорода. Фэ-эй!
Они подождали ее. Фэй с живостью подала руку миссис Твининг.
– Очень рада вам, Джулия. Тут у нас… легкие неприятности. Может, если поговорите с Артуром, он вас послушает.
– Слушатель из него неважный, но я попытаюсь, – пообещала миссис Твининг. – Где он?
– Только не надо беспокоить его до ленча! – воскликнула Фэй, заметно испуганная одной лишь мыслью о подобной бесцеремонности. – Пишет письма в кабинете.
Они поднялись на веранду. Стивен Гест, внимательно поглядев на Фэй, придвинул кресло:
– Присядь, пожалуйста.
У тебя совершенно измученный вид.
Она смахнула со лба волосы.
– Голова побаливает. Ничего страшного.
Голос ее прозвучал жалко; усевшись, она вскинула на Стивена глаза, и тот увидел, что они полны слез. Слабо улыбнувшись, она чуть слышно прошелестела:
– Все в порядке, Стивен. Правда.
Миссис Твининг любезно разговаривала с Камиллой Холлидей; Дайна размышляла, куда запропастился Джеффри с его Лолой. На веранду вышел Финч и доложил, что приехала миссис Чадли и хотела бы видеть госпожу.
– О Господи! – невольно воскликнула Фэй; потом обреченно вздохнула: – Попроси ее сюда.
– Вот проклятие! – сказала Дайна. – Чего ей понадобилось?
– Дайна, милая! – упрекнула ее Фэй.
– Эта дама слишком уж любит совать нос в чужие дела, – заметил Гест. – Мне такие тоже не нравятся.
– Она хочет, чтобы я провела душеспасительную лекцию в женском клубе, – сказала Фэй. – Я обещала дать ей ответ, но забыла.
– Миссис Чадли! – объявил Финч.
Жена священника бодро взошла на веранду и окинула сидящих быстрым пристальным взглядом.
Выглядела она слегка разгоряченной и более чем обычно помятой в чесучовом костюме и раздерганной соломенной шляпке неопределенной формы; остальное было столь же невыразительно: белесая блузка, темно-коричневые туфли и чулки, белые перчатки из искусственной замши. Она пожала руку Фэй, кивнула Дайне и миссис Твининг, а Камиллу удостоила небрежного холодного поклона.
