Ну, давай!
У Анастасии екнуло сердце, Лев сейчас попадется ему на глаза.
Макер пропустил ее вперед. В кабинете никого не оказалось. Льва, наверное, задержали в гостиной.
Они вошли. Это была уютная комната, обшитая темным деревом. Одну стену полностью занимали полки с книгами; широкое окно напротив выходило в сад, под ним стояло большое кожаное кресло, располагающее к размышлениям. В центре красовался внушительных размеров стол черного дерева, перед которым висела огромная картина, изображающая здание Эвезнер-банка на улице Корратри.
Макер подвел Анастасию к картине и сказал:
– Посмотри. Что ты видишь?
– Я вижу… банк, – ответила она.
– Мой банк, – поправил он. – В январе я стану вице-президентом. Я теперь единственный наследник. Представляешь, какое будущее нас ждет?
– Нас? – поперхнулась Анастасия.
– Я хочу взять тебя под свое крыло, я буду защищать тебя, холить и лелеять.
– Макер, нет, погоди…
Не слушая ее, он преклонил перед ней колено:
– Анастасия фон Лахт, я люблю тебя.
Ты женщина моей мечты. Я хочу на тебе жениться.
Она ужасно смутилась:
– Послушай, Макер, ты знаешь, как много для меня значишь. Но я…
Он не дал ей договорить:
– Я догадываюсь, что ты скажешь: “Мы слишком молоды, это безумие”. Никакое не безумие. Ладно! Я понимаю, ты удивлена. Обдумай все спокойно. И завтра в восемь приходи ужинать в “Золотого льва” в Колоньи. Если ты придешь, это будет означать “да”.
Вот сейчас и надо повиниться.
– Макер, я должна быть честна с тобой…
Дверь в комнату распахнулась, и она умолкла.
Это была мать Макера.
– А, вот вы где! – сказала она. – Макер, я тебя обыскалась. Пойдем скорей, твой отец готовится произнести речь!
Они ушли. Макер выключил свет и закрыл дверь. В темноте Лев вылез из‐за плотных штор, за которыми прятался все это время. Он пребывал в задумчивости: знала ли Анастасия, что он был там и все слышал?
В конце концов он присоединился к гостям. Анастасия стояла возле стола с десертами.
– Где ты был? – спросила она.
– Извини, я застрял с Абелем, – соврал Лев. – Он хотел меня с кем‐то познакомить.
Он раздумывал, не признаться ли ей, что оказался свидетелем того, как Макер сделал ей предложение, но предпочел подождать, пока она сама ему все расскажет.
Она раздумывала, не признаться ли ему, что Макер сделал ей предложение и что она не успела ему отказать, но, вспомнив об их недавней ссоре, предпочла обойти этот эпизод молчанием. Завтра утром она сама во всем разберется.
