Как он умело ласкал меня, отзываясь на любое невысказанное желание. А Марк испытывает меня на прочность, постоянно и якобы случайно касаясь. Вроде бы невинно, просто помогая или поддерживая. Но от каждого прикосновения меня словно бьет током. Нестерпимо хочется прижать ладони к крепкой груди с развитыми мышцами, спуститься ниже, к подтянутому прессу. Скользнуть под белье, обхватив налитую плоть. И с восторгом ощутить, как она еще сильнее твердеет в моих руках.
Словно издеваясь надо мной, Марк никак не показывает своего желания.
Я даже начинаю сомневаться, осталось ли оно. Ведь мое тело все еще хранит следы травм. Правда, иногда замечаю, как он судорожно стискивает челюсти, помогая мне переодеваться. Или отводит глаза, шумно выдыхая, когда поправляет на мне одежду после очередного «разговора» с малышом. По утрам, перед тем, как разжать объятия, с минуту дышит мне в волосы. А его руки стальным кольцом смыкаются на моей груди. Есть и другие признаки, показывающие, что ему далеко не все равно. Но я никак не могу определиться и, из-за страха, что больше ему не нужна, сделать первый шаг.
"
"Пока однажды не срывается он сам. В очередной раз помогая мне выбраться из ванной, Марк закутывает меня в полотенце и относит в кровать. Но вместо того, чтобы натянуть на меня пижаму, подрагивающими пальцами тащит полотенце вниз и впивается взглядом в мою увеличившуюся грудь. И этот его взгляд, черный, голодный, так сильно отзывается во мне, мгновенно закручивая в животе жгучую спираль. Не сдерживаю стон. А он переводит глаза на мое лицо, читает там все, что я больше не могу скрывать, шумно сглатывает и впивается в мои губы.
Только теперь я понимаю: Марк тоже сходил с ума от того, что не мог меня получить. Боялся причинить боль или надавить, думал, что я не готова. Ругал себя, что не способен дотерпеть, пока я полностью восстановлюсь. Перемежая поцелуи и жадные ласки горячим шепотом, доходчиво объясняет, как сильно нуждается во мне. Как горит по ночам в огне, обнимая и мечтая наконец оказаться внутри меня.
И выполняет это с таким пылом и жаждой. Но почти сразу, сцепив зубы до побелевших желваков, сдерживает себя. Двигается медленно, осторожно. Вижу, как от напряжения вздуваются вены на его шее. Впиваюсь в нее губами, наконец получая доступ к его телу. Прикусываю кожу, дышу пьянящим мужским запахом.
Мне хочется сильнее и жестче. И я сама подаюсь навстречу. Но Марк прижимает меня к кровати тяжелым телом, мешая двигаться. И начинает мучить медленными, тягучими ласками.
