Не думая и не прогнозируя последствий, Маруся вжалась своим ртом в судорожно сцепленные мужские губы.
Рустам не двигался, как будто не дышал даже. И сам не верил, что вот это и есть – реальность.
* * *
Он помешался на этой девчонке.
Без сомнений. Без путей к отступлению. Без мысли о том, что хорошо, а что плохо.
Рустам примерно знал, как оно все будет. Ждал, когда можно отпустить железную волю, ослабить контроль и просто кайфовать от близости девушки.
Все оказалось гораздо круче.
Пульс долбил в висках так, как будто Рустам «поймал» в голову серию мощных ударов.
Руки, будто ватные и непослушные, вжимались в хрупкие плечи.
То ли оттолкнуть хотел настойчивую девчонку, то ли, наоборот, крепче прижать.
Но она целовала его. Сама целовала приоткрытыми губами.
Неумело. Неловко. Словно шла по минному полю в ожидании взрыва снаряда.
По сути, так оно и было. Нагашев ощущал себя тем самым снарядом, бомбой замедленного действия, которую неминуемо разорвет на куски. И глухие удары сердца взамен часового механизма.
Долбаный «тик-так».
Вот и Руса разорвало на куски от действий Маруси.
Ну девочка же совсем! Крошка! А куда полезла? В самое пекло. В клетку к хищнику.
Умом Рустам понимал, чего именно добивается Маруся. Отвлекает она его от безумных поступков. Умная девчонка. Сообразительная.
А вот сердцем… Рус вдруг понял, что отныне сердца у него нет.
Зато у Маруси их два. Даже если не нужно ей. Все равно уже заполучила и держит в хрупких ладонях. А щемящее чувство тепла разливалось за грудиной там, куда запустила Маруся свои тонкие пальчики.
Поцелуй был невинным, по меркам Рустама. А ведь хотелось сорваться, хотелось тщательно изучить манящий рот языком, каждый изгиб стройного тела тоже хотелось оглаживать и мучительно долго целовать.
А багровые синяки мельтешили перед мысленным взором Рустама. Хорошо, что руки мужчины были заняты, иначе пустил бы в ход кулаки.
Рустам понял, что в голове начало проясняться. Маруся здесь, в его руках, обнимает его, гладит хрупкими ладонями по груди, плечам, даже по животу умудрилась провести, да так, что пах прострелило диким возбуждением.
Трясти Руса не перестало. Но он хотя бы мог сесть за руль, а не вколачивать кулаки в ментовские морды. Пусть и смертельно этого хотелось.
Завтра, это все нужно отложить до нового дня.
А пока что:
– Говорят, у тебя отличный вид из окон.
Рус сначала не понял, о чем шепчет ему девчонка. Смущаясь. Отводя взгляд. Но не пытаясь выскользнуть или освободиться из его захвата.
