Ангелина особенная, – с нежностью вдруг произнес Габриэль.
– Найду способ.
– Советую цветы – она о-о-очень их любит. И помни – будь с ней осторожен, друг мой. Когда я говорю, что она особенная, я нисколько не преувеличиваю… Надеюсь, ты поймешь, в чем ее особенность.
– Не переживай, – ответил Матвей, повторяя про себя ее имя.
Ангелина. Ангелина. Ангел.
– Если ты нарушишь наш договор и не пройдешь свой лимб, я убью вас обоих, – нежно улыбнулся ему в спину Габриэль.
Матвей все разыграл как по нотам.
Был терпелив и выдержан. Цветы, загадка с привкусом страха, игра на эмоциях. С одной стороны, таким образом он приручал эту чертовку к себе, заинтересовывал, влюблял все больше и больше, с другой – пытался понять, как в разных ситуациях она будет себя вести, когда перестанет прикрываться маской хорошей девочки и покажет свою сущность убийцы.
Он следил за ней через камеры, контролировал каждый ее шаг и тонул в ней все больше и больше. Просыпался и засыпал с мыслями о ней. Привыкал, испытывал страсть, влюблялся, ненавидя себя за это.
Его тянуло к ней, словно магнитом, и после каждого поцелуя его то тошнило, то ослепляло желание завладеть ею. А Ангелина, словно назло, притворялась так искусно, что временами он начинал ей верить и забывать о мести.
Иногда ему снился брат. Он просто заходил в комнату и укоризненно смотрел на Матвея – бледный и сосредоточенный, объявленный самоубийцей.
Андрей хотел отмщения, а Матвей медлил, и это причиняло ему страшную боль.
После первого поцелуя с Ангелиной, от которого у него сорвало крышу, Матвей поехал на кладбище и долго стоял у могилы брата, прося у него прощения.
Потом появился Стас – кто-то из подручных Габриэля, не иначе. Матвею хотели усложнить игру, но он справился с этим. Устранил конкурента, а Ангелине наплел какой-то ерунды, в которую она с легкостью поверила. Она вообще играла роль доверчивой дурочки. И иногда он забывал об этом. Их отношения стали для него мукой. Болью с привкусом ванильного мороженого.
Желание мести и притяжение к ней разрушали его. А потом Матвей узнал о том, что у Ангелины раздвоение личности, и все встало на свои места. И он сделал выбор в пользу любви. Не мог иначе.
Матвей хотел завести машину и поехать домой, к Ангелине, в которой вдруг начал испытывать острую потребность – уже скучал. Однако ему пришло сообщение от Габриэля. «Ты должен это увидеть, друг мой. Твоя игра отменяется – не вижу смысла мучить тебя».
