«Я прививаю тебе вкус к хорошему», – говорит Матвей. Однако однажды, в один из последних теплых сентябрьских дней, он отвозит меня за город на пикник, и мы встречаем прекрасный закат. Для него это настоящий прогресс! Единственное, что в тот день портит мне настроение, – это его неосторожные слова о том, что пикник – подсказка Яны. Мне не нравится, что его бывшая все еще играет в его жизни определенную роль, хотя я понимаю, что эта точка зрения эгоистична. Иногда я вспоминаю Стаса – его поступок до сих пор отзывается во мне болью, и я просто хочу забыть о существовании этого человека.
Я постоянно спрашиваю его про пистолет. Где взял, как научился стрелять. В конце концов Матвей обещает взять меня за город, чтобы пострелять по банкам. Люди-крысы, кстати, пропали и больше не появлялись. Веселов действительно разобрался с ними.
Рисую я все больше и больше. Общение с Матвеем подпитывает мою внутреннюю музу. Чувства к этому человеку засели в моей груди глубоко-глубоко, будто ранение из огнестрельного оружия, и вытащить их из себя я не могу.
Я знаю, что это странно – встречаться с ним после столь кратковременного и бурного знакомства, но я рискую. И ставлю на кон свое сердце.
Я даже прыгаю с ним в тридцатиметровую бездну со страховочной системой и в каске. Оказывается, Матвей любит прыжки с высоты – роупджампинг. Это его способ получить адреналин, и он хочет приобщить к этому меня. Я сперва не соглашаюсь, но он настойчив. Обещает, что все пройдет хорошо. И в конце концов везет меня в выходные на загородный мост над рекой, где собралась куча желающих пощекотать нервы.
– Давай уедем, – говорю я, наблюдая за тем, как за перилами моста исчезает какой-то парень. Со дна бездны доносится его оглушительный крик.
– Страшно? – спрашивает Матвей.
– Да.
– А со мной?
– Думаешь, ты бессмертный и подаришь часть своего бессмертия мне? – со скепсисом спрашиваю я, глядя на очередь.
– Нет, я думаю, что ты не захочешь мне проиграть, принцесса. Или ты слабее меня?
Матвей откровенно подначивает меня, и я поддаюсь.
На самом деле за слоем страха прячется любопытство. Каково это – лететь с такой высоты? Что чувствуют люди, теряя опору и приближаясь к земле? Действительно ли самый запоминающийся опыт лежит за границами страха, как я где-то читала?
Мы прыгаем в тандеме. Нас обвязывают веревками, проверяют карабины. Он первым встает на перила, спиной к речной асфальтовой глади. Я с помощью парней поднимаюсь следом.
