Лорд Вэйн здесь, за тонкой стенкой!
При желании, с его-то мощным телосложением он может пробить хлипкую преграду одним ударом кулака. А значит, нельзя шуметь. Следует затаиться, как мышка, и по возможности не дышать.
Судорожно оглядываю купе, пытаясь найти хоть что-то для баррикады. Понимаю, глупо, но тут даже столик намертво привинчен к полу - видимо, чтобы пассажиры не устраивали импровизированные преграды от преследующих их лордов.
За стеной снова всхлипы и мольбы.
Господи, что он там с ней делает?
Может, стоит позвать на помощь?
Но если Эридан узнает мой голос или увидит меня, крадущуюся по тамбуру к проводнице.
..
От одной мысли горло сдавливает стальным обручем.
Медленно убираю одеяло и на цыпочках, как мышка, крадусь к двери проверить замок.
Заперто - уже хорошо.
Приставляю к двери поднос - жалкая защита, но хоть какое-то звуковое предупреждение, если он решит вломиться."
"""Спокойно, - уговариваю себя, кутаясь в одеяло. - Он же меня не узнал? Или сначала не узнал, а потом ка-а-а-к узнал, вот и бросился в погоню?
А с другой стороны, что лорду Вэйну делать в вагоне второго класса? Такие, как он выбирают люксовый люкс.
Высшую роскошь.
- Без тебя мне нет жиз… - с надрывом воет несчастная, но что-то обрывает её на середине фразы.
Короткий ответ Эридана и новый, сдавленный всхлип.
Ещё один.
От каждого звука за стенкой я вздрагиваю, как от удара. Сердце колотится о рёбра даже громче, чем стук колёс.
Вот сейчас дверь распахнётся, и на пороге появится его массивная фигура с этими жуткими вертикальными зрачками.
И что тогда?
Швырнуть в него подносом?
Попытаться выпрыгнуть в окно на полном ходу? Так оно не открывается.
Или сразу падать в обморок? Говорят, некоторые хищники не трогают притворившуюся мёртвой добычу.
Однако вскоре любопытство пересиливает страх, и я прижимаюсь ухом к стене, пытаясь разобрать слова. Голос Эридана звучит устало, почти раздражённо:
- Я выйду с тобой на ближайшей станции и лично посажу на поезд до столицы. Хватит этого фарса.
- Как ты не понимаешь? - всхлипывает девушка.
- Я без тебя не могу, дышать не дышится!
Меня едва не передёргивает от услышанного. Как можно добровольно выносить его присутствие?
Испытывать к нему чувства?
Она точно мазохистка. Или безумная.
Да, красивый. Да, богатый.
Но у него вместо сердца золотой слиток или глыба льда. А связывать свою жизнь с бесчувственным, холодным снобом - удовольствие сомнительное.
- У нас был уговор, Вилма, - в его голосе прорезаются стальные нотки.
