Здесь были простые скамьи и стулья, сиденьями обращенные к стене с разноцветной стеклянной картиной, из которой некоторые стеклышки вывалились. Человек в белом что-то делал за той стеной, его было хорошо видно там, где не хватало стеклышек, и смутно в тех местах, где стеклышки сохранились. Он поговорил с другим человеком, который протянул через дверь черный провод. Они что-то сделали, и за картиной вспыхнул яркий свет, залив все пространство вокруг разноцветными лучами. Несколько человек из тех, кто двигал мебель, остановились и уставились на картину.
Некоторые из них что-то зашептали. Судя по звукам, все они шептали оно и то же.
— Элиза.
Мужчина с черной бородой опустился на колени рядом с ней. Элиза вздрогнула и прижала к груди сумку.
— Да? — шепотом спросила она.
— Ты слышала о Пакте? — спросил мужчина.
Другой мужчина, с лысиной на макушке и в белом одеяле на плечах, стоял позади него, все еще хмурясь. Элиза вообразила, что он никогда не улыбался. Она кивнула:
— Стая — это группа животных вроде оленей, собак и щенков.
Мужчина улыбнулся:"
"— Пакт, а не стая [6]. — Но для Элизы оба слова прозвучали одинаково. — А собаки и щенки — это одно и то же животное.
Ей не хотелось его поправлять. Она видела, как выглядят собаки — и в своей книге, и на баззаре, и они были страшными. Щенки не были страшными.
— Откуда ты узнала об оленях? — спросил человек в белом одеяле. — У вас здесь есть детские книги?
Элиза покачала головой:
— У нас есть настоящие книги. Я видела оленей. Они высокие, забавные, с тонкими ногами и живут в лесу.
Мужчину с бородой в оранжевом комбинезоне олени, похоже, не интересовали. Во всяком случае, не так сильно, как другого. Элиза посмотрела на дверь, гадая, куда подевались все, кого она знала. Где Соло? Он должен был помочь ей найти щенка.
— Пакт — очень важный документ, — сказал человек в оранжевом. Она вдруг вспомнила, что его зовут мистер Раш. Он назвался, но она плохо запоминала имена. Всегда нужно было помнить лишь несколько. Мистер Раш был с ней очень любезен.
— Пакт — это как книга, только небольшая, — сказал он. — Примерно как ты похожа на женщину, только маленькую.
— Мне семь лет, — заявила Элиза. Она уже не была маленькая.
— И ты опомниться не успеешь, как тебе исполнится семнадцать.
Мужчина с бакенбардами протянул руку и коснулся щеки Элизы.
Элиза отпрянула, испугавшись, отчего мужчина нахмурился. Он повернулся и посмотрел на человека в белой одежде, который рассматривал Элизу.
