— А новости о других укрытиях?
— Я годами твердил, что звезды — это множество солнц вроде нашего. Некоторые факты слишком велики для осознания. И не думаю, что спасение твоих друзей это изменит. Ты можешь провести по базару своего друга-радиста и сказать, что он пришел из другого укрытия, и тебе запросто поверят.
— Уокера? — Джульетта покачала головой, хотя и знала, что он прав. — Я хочу спасти своих друзей не для того, чтобы доказать, что со мной произошло, Лук. Дело не во мне. Они там живут с мертвецами. С призраками.
— А мы — разве нет? Или мы не едим наших мертвецов? Умоляю тебя, Джулс. Сотни умрут ради того, чтобы ты спасла нескольких. Может, им будет лучше там и остаться?
Джульетта глубоко вдохнула и выдержала паузу, изо всех сил стараясь не рассердиться.
— Не будет, Лукас. Человек, которого я хочу спасти, наполовину обезумел, прожив в одиночку столько лет. А дети там уже обзавелись своими детьми. Им нужны наши врачи, наша помощь. И, кроме того... я им пообещала.
Он ответил на ее слова грустным взглядом.
Бесполезно. Как можно заставить человека тревожиться за тех, кого он никогда не видел? Джульетта ожидала от него невозможного и в равной мере могла винить в этом себя. Действительно ли ее заботят люди, которых отравляют чушью дважды по воскресеньям? Или любой из незнакомцев, которыми ее выбрали руководить, но которых она никогда не знала?
— Я не хотела эту работу, — сказала она.
Ей трудно было убрать из голоса обвинительные нотки. Это другие захотели, чтобы она стала мэром, а не она.
Хотя, похоже, этого уже хочет меньше людей, чем раньше.
— Я тоже не знал, чему меня обучают и на какую роль готовят, — парировал Лукас.
Он начал говорить что-то еще, но замолчал, когда из генераторной вышла группа шахтеров, выдавая при каждом шаге облачко пыли с ботинок.
— Ты хотел что-то сказать?
— Хотел попросить тебя копать тайно, если это вообще необходимо. Или поручить раскопки этим шахтерам и подняться...
Он смолк.
— Если ты собирался сказать «домой», то мой дом здесь. И действительно ли мы лучше тех, кто был у власти до нас? Лгать нашим людям? Строить заговоры?
— Думаю, мы можем стать хуже.
Все, что они делали, — берегли наши жизни.
— Наши жизни? — рассмеялась Джульетта. — Да они отправили тебя и меня на смерть.
Лукас выдохнул:
— Я имел в виду остальных. Они работали для того, чтобы все остальные жили."
"Он не удержался и улыбнулся, потому что Джульетта продолжала смеяться. Она размазала по щекам слезы, и те превратились в грязь.
