Заговорила с женщиной, которая поливала цветы и спросила в доме ли барон? Получив утвердительный ответ, опросила её позвать хозяина. Но она, видимо решив, что и так была слишком добра с попрошайкой, сделала вид, что меня просто не существует!
Отчаявшись, я приготовилась ждать.
Если нужно, хоть несколько дней. Должен же дядя выехать из дому?
– Кажется, тебе нужна помощь.
Я повернула голову и увидела белого кота, сидящего на одной из каменных лавок в саду барона. Он поглядывал на меня с хитринкой.
– Ты! – ахнула я.
– Господин Пушистик? Но где же ты был столько времени? У меня столько вопросов! Почему ты в баронском саду?
– Подожди, – кот подошёл ближе к ограде, голубые глаза сверкнули. – Изабелла, сейчас время играет не в нашу пользу. Злобная старуха-герцогиня уже едет к Гробовому Барону. Но ты должна её опередить.
Старуха-герцогиня? Это он Алиссию так назвал?
– Но я не могу войти, – развела руками я. – Ты же сам видишь, меня не пускают.
– С обратной стороны особняка есть небольшая калитка.
Её забыли запереть.
– Чудесно, – я уже развернулась, но кот остановил меня.
– Но там садовник ухаживает за садом барона, так что пройти в ближайший час не получится. А вдовствующая кляча будет здесь совсем скоро.
– Но что же делать?
– Просто иди за мной, и следи, чтобы тебя не видели.
Я так и сделала, пошла за котом по периметру ограждения, пока не увидела того самого садовника, любовно ухаживающего за розами.
– А теперь смотри за мной и будь готова к тому, чтобы войти. Второго шанса не будет, – промурлыкал белый кот.
Господин Пушистик двинулся вперёд, залез на дерево, а затем оттуда запрыгнул на декоративную колону, которую словно корона венчал горшок с какими-то мелкими невзрачными розами бледно-красного цвета.
А затем он просто взял и скинул лапой горшок.
Тот упал и с треском раскололся о дорожку.
– Ах ты проклятый кот! – завопил садовник. – А ну кыш! Не тронь! Это же любимые похоронные розы барона!
Но белый кот лениво потянулся и в один прыжок очутился на соседней колоне.
Он бросил на садовника скучающий взгляд, а затем медленно поднял лапу и снова скинул ещё один горшок.
– Противное животное! – садовник бросился вперёд с секатором наперевес.
Но пушистого это не смутило. Он принялся бодро прыгать по колонам, скидывая любимые розы барона, только хвост и замелькал.
Садовник забыл обо всём, чем я и воспользовалась. Тихонько приоткрыла калитку и проскользнула внутрь.
Я побежала к дому под вопли: «убью-ю-ю!».
