Он больше не может быть драконом, понимаешь?
А я всё удивлялась, как я так легко выздоровела. Неужели медицина настолько прогрессивная. И почему врачи ничего не сказали про это всё? Мне только дали рекомендации.
– Но почему Маркос не рассказал? – поражённо прошептала я.
– Элена! – снова раздался голос Гробового Барона.
– Ладно, беги, – я чмокнула дочку в щёчку и улыбнулась ей. – Погуляйте там как следует.
Как только Элена вышла, я встала со стула и заметалась по комнате. Почему Маркос молчал? Почему ничего не сказал мне?
Мы расстались с мужем холодно.
Он обещал, что приедет чуть позже навестить дочь. Сказал, что императору нужна помощь и нужен друг. После убийства жены тот совсем сдал. Только вот прошло два месяца, а он так и не приехал ни разу. Лишь писал письма, и то Элене. Я их не читала, хотя дочь предлагала, чувствуя моё любопытство.
Я всё думала, что надо бы подать на развод. Но выяснилось, что в Марбелье это сделать нельзя, нужно ехать в столицу. И я пока что тянула. Наслаждалась днями рядом с дочерью, в окружении любящих людей.
Хотя рабочие дела ждали меня в Мадриде.
Нужно поехать в столицу и увидеться с Маркосом. Наверняка то, что сказала Элена про дракона какая-то ошибка. Может дочка что-то не так поняла. Хотя она отличалась как раз тем, что понимала всё порой даже лучше других…
Я подошла к окну, заторможено глядя на привычный пейзаж. Дядина карета отъехала. Элена помахала мне на прощание ручкой, я машинально сделала тоже самое.
И вдруг увидела, что около дома остановилась другая карета.
Меня обожгло странным воспоминанием. Этаким дежавю. Будто что-то подобное уже было.
– Маркос, – прошептала я, увидев, как из кареты выходит высокий широкоплечий мужчина с длинными белыми волосами.
Внутри заныло так сильно, что я схватилась за подоконник. И тут же отпрянула от окна, как какая-то шестнадцатилетняя девчонка. Вдруг увидит, что я подглядывала?
Я быстро побежала в соседнюю комнату к зеркалу. Посмотрела на себя.
Простое бежевое платье, пальцы в чернилах – я много писала.
Никаких украшений и макияжа. Только красная дядина роза в волосах, Элена утром вплела мне её, я так и ходила.
– Жуть, – прошептала я, пытаясь пригладить волосы. – Выгляжу просто ужасно!
А времени приводить себя в порядок нет!
Так, стоп. Я одёрнула сама себя. Чего я паникую, как глупая курица? Какое вообще дело до того, что на мне за платье и есть ли макияж с причёской? Маркос приехал к дочери, а не любоваться на почти бывшую жену.
