Разве это по-мужски?
Она еще унижалась, звонила ему год назад, пыталась как-то решить вопрос. Наивная дурочка! Слушать не стал и не перезвонил. Считай, отмахнулся, как от назойливой мухи. А потом вообще сделал вид, что ничего не было. Приперся в Анапу королем, а с ней себя вел как с посторонней.
Правильно Милана решила год назад, что станет растить ребенка сама. Уж что-что, а навязываться она не станет.
Не нужен отцу Пашка, и прекрасно. Зато ей нужен. Она-то своего сыночка обожает, души в нем не чает.
Решение приняла, приступила к исполнению, но все равно продолжала злиться на непутевого папашу. И как не злиться? Она отдала ему невинность, а он ей так отплатил. Тут и святая затаила бы смертельную обиду, а Милана себя святой никогда не считала.
Она не призналась сестре в случившемся год назад, потому что ей было слишком стыдно за собственную глупость. Ведь Кира ей сразу сказала, что этот Саркисян жуткий бабник, когда Милана ей призналась в своем скромном интересе еще во время празднования помолвки.
О, как же сильно сестра оказалась права. Жаль, Милана ее не послушала.
– Ничего… – шептала она тихонько. – Скоро поедем домой, сыночек.
Тем временем музыка кончилась, тамада объявил перерыв, и гости разбрелись кто куда. Многие отправились на улицу подышать воздухом.
Милана же осталась сидеть, развлекая Пашку.
Вдруг заметила, как в ее сторону направился Баграт.
С чего бы? Она специально села подальше от братьев Саркисянов, чтобы избежать любых столкновений.
– Привет. Скучаешь? – спросил он с довольной ухмылкой.
– Нет, – ответила она строго.
Вроде бы после такого ответа должно стать понятно, что общаться она не желает.
Но Баграт будто не заметил ее недовольного вида, уселся на место тети Зины и как ни в чем не бывало завел беседу:
– Как тебе свадьба? У нас всегда шумно.
– Представляю… – ответила она ехидным тоном.
И тут вдруг Баграт всмотрелся в лицо Пашки. Наверное, впервые за все время.
– Удивительно, что твой ребенок похож на Левона, те же бровки, что у Каролины, тот же цвет глаз…
Он издевается, что ли? Сказал это как ни в чем не бывало. Даже, кажется, без задней мысли. Он глупый? До сих пор не сложил два и два? Или это такая игра?
И тут Милану понесло.
– Он не на Левона похож, – процедила она сквозь зубы.
– А на кого? – с деланой веселостью спросил Баграт.
– На своего отца, – ответила Милана, сузив глаза.
