Я ввел в нее два пальца, одновременно облизывая клитор, и без всякого предупреждения она кончила. Влага затопила мой язык, и Ева так сильно вцепилась в мои волосы, что вырвала их изрядное количество. Это было самое сексуальное, что мне доводилось видеть. Все ее тело содрогнулось, бедра сжались вокруг моей головы, а тело забилось в конвульсиях.
Я лизал ее до тех пор, пока пульсация в киске немного не ослабла, а я не начал задыхаться. Ее глаза были зажмурены, и этот вид немного ослабил мое желание. Она притворялась, что я кто-то другой?
— Постарайся не задушить меня, пока кончаешь, — пробормотал я, просто потому что был мудаком и хотел вернуть ее внимание к себе.
Я снял ее ногу со своего плеча и опустил на пол.
Ева раскраснелась и выглядела полностью расслабленной. Она напряглась от моих слов и скрестила ноги, а ее рука дернулась, чтобы снова прикрыть голую киску.
— Как скажешь, придурок.
— Снова за свое? Как насчет благодарности? — Я выпрямился и вытер футболкой нижнюю часть лица.
Ева проследила за этим движением и покраснела.
— Ты хочешь, чтобы я поблагодарила тебя, как будто ты оказал мне услугу? — спросила она резким тоном, наполовину раздраженным, наполовину смущенным.
— Вообще-то, нет, не хочу. — Я потянулся к ремню, расстегнул его одновременно с молнией, после чего достал свой твердый член. — Я бы предпочел, чтобы ты выразила свою благодарность, опустившись на колени с широко раскрытым ртом.
Она медленно села и уставилась на мой член со смутным беспокойством.
— Ты хочешь, чтобы я сделала тебе минет?"
"— Поскольку это твой первый раз, я не рассчитываю на нормальный минет. Меня устроит трахать твое горло, пока я не кончу.
— Ты серьезно?
Я оперся рукой о изголовье кровати рядом с ней.
— Конечно. Услуга за услугу, милая.
Она с сомнением посмотрела на мой напряженный член.
— Он ни за что не поместится у меня во рту.
Я протянул руку и взял ее за подбородок, удерживая ее лицо в плену.
— Позволь мне беспокоиться об этом. На колени.
Глаза Евы гневно сверкнули при моем приказе, но похоть и любопытство все еще бурлили в ней, и этого хватило, чтобы подчиниться мне. Полагаю, я мог бы трахнуть ее в рот, пока она сидела на кровати, но это было бы не то же самое. Вид её, принимающей эту покорную позу, я никогда не забуду. Это было восхитительно. Моя маленькая униженная Золушка наконец-то оказалась там, где ей самое место.
Она уставилась на мой стояк.
— Прикоснись к нему, ради всего святого.
