– Не успели мы, значить, разобраться, как чего, появляется откуда ни возьмись маленький такой призрак в паричке – злой, блин, прям как нежить, и как шарахнет нас заклинанием! Мы точно кегли разлетелись! Не ндравится мне такое обращение, ой не ндравится! Вон какая гуля под глазом!.. Ну тут уж мы наверх послали… Сообчить, значить, по начальству!
– Достаточно. Все остальные детали вашего повествования, будьте любезны, оставьте для пересказа потомкам. Еще один вопрос, на этот раз последний. В каком месте вы подобрали обложку? – строго спросила Медузия.
"
"– Да разве упомнишь… Да только не здесь это было, не в Тибидохсе… Кажись, в ближайшей рощице у пруда… – с облегчением сказал Липоня, решивший, что гроза миновала. Но на самом деле она только начиналась.
– В РОЩИЦЕ У ПРУДА? Ты хочешь сказать, что рубил дрова для костра в Заповедной Роще? – так и взвился Поклеп.
Липоня так перепугался, что уронил себе на палец дубинку. Хотя он был втрое выше низенького завуча, но, как и остальные циклопы, боялся его до дрожи.
Смешно было смотреть, как Поклеп наступал на огромного циклопа, а тот пятился, сметая всех на своем пути и даже не замечая этого.
– Ты хоть представляешь себе, что такое Заповедная Роща и что случилось, когда в последний раз там срубили дерево? И что это было за дерево! Что у тебя в голове? Студень? Сплошная кость? – клокотал Поклеп.
Великая Зуби оглянулась на настороживших уши учеников и, подойдя к Поклепу, мягко коснулась его локтя.
– Лучше не надо теперь про Заповедную Рощу.
Тут дети. Меньше знаешь – лучше спишь, – негромко сказала она.
Опомнившись, Поклеп остановился и махнул рукой, показывая, что Липоня свободен и вопросов к нему больше нет. Циклоп, радуясь, что все закончилось благополучно, нырнул в толпу своих дружков.
– Ну, как я держался? Как я этих магов прищучил? – неуверенно спросил он.
– Да уж! Прям с грязью смешал! Пущай знают наших! – подбодрили его остальные.
Липоня просиял и, на глазах восстанавливая душевное равновесие, отправился подбирать дубинку.
Таня видела, как Великая Зуби осторожно присела на корточки возле обложки и постучала по ее краю пальцем.
– Гуго, ты здесь? Выходи! – сказала она.
Внутри кто-то завозился. Однако выходить обиженный Гуго отказался наотрез. После пяти минут упрашиваний он снизошел лишь до того, что высунул сквозь рамку руку и вывесил табличку: «Не беспокоить! Я на реставрации!»
Ученики захихикали, видя, что Великая Зуби потерпела фиаско.
