Баб-Ягун на пылесосе мчался за Пуппером, оглушая его своим комментаторским треском:
– Гурий прорывается к Снежному дракону! Какая блестящая техника! Дракон выдыхает ледяное пламя, но Пуппер ловко ныряет вниз. Его метла обледенела, но Пуппера это не останавливает. Бросок! Чихательный мяч со свистом рассекает воздух! Мяч летит точно в пасть Снежного дракона! Го-о-ол… Эй, что опять с мячом? Он возвращается, описывает дугу и прыгает в руки к Санта-Клаусу! Снова вмешалась чья-то магия или… вообще, сильно смахивает на то, что мяч просто-напросто перехватили, но кто мог это сделать? Я не видел, чтобы поблизости были защитники!
Таня не отрывалась от бинокля.
После того как Гурию по непонятной причине не удалось забить верный мяч, игра переместилась к Гоярыну. Санта-Клаус и Снежная Гурия обстреляли его мячами – одурительным и чихательным, но Лоткова с Кузей Тузиковым вовремя развернули дракона и помешали Гоярыну разинуть пасть.
Семь-Пень-Дыр воспользовался ошибкой защиты Снежного дракона, отлетевшей слишком далеко от своих ворот, и попытался прорваться с пламегасительным мячом.
Мешая ему, Вихрило пронесся рядом с Семь-Пень-Дыром и поспешно завертелся, буранной магией сметая его с пылесоса. Дыра завертело, швыряя из стороны в сторону.
– Что за фокусы? Такие люди и без намордника!.. Пень, пошли ему заговоренный пас! – завопил Ягун, перекрикивая поднявшуюся вьюгу.
Должно быть, Пень услышал его, потому что взмахнул рукой и, шепнув что-то, метнул в Вихрило пламегасительный мяч. Вихрило, неуверенный, что сумеет угадать контрзаклинание, поспешно юркнул в сторону.
Мяч упорно преследовал его.
– О, класс! Вы это видели? Не пропустите незабываемого зрелища! Полярный дух трусливо удирает от мяча, который буквально висит у него на хвосте, как приставучая моська! Ату его, ату! – захохотал Ягун.
– СТОП! Игра приостановлена! Грубое нарушение правил! Штрафной в ворота Тибидохса! – завопил Графин Калиостров, выпуская сигнальную искру.
– Где вы видели нарушение? – возмутился Сарданапал.
– Использование заговоренных пасов вполне законно!
– Ваш комментатор подсказывает! Это противоречит поправке № 13 Спортивного кодекса! – заявил Калиостров.
– В Спортивном кодексе только 12 поправок! – заспорил Соловей.
– Протестую: уже 13! Тринадцатую я вписал только что! – заметил Тиштря, пряча за ухо замызганное перо, которым он только что быстро настрочил что-то в книжечке.
– А где голосование? Поправка еще должна быть принята! – запротестовал академик.
