Третьяков в это время о чем-то без умолку трещал, а Яровой, словно почувствовав мой взгляд, поднял голову и посмотрел мне в глаза. Не знаю почему, но мое сердце заколотилось, будто после пробежки. Странное открытие: мне вдруг стало радостно оттого, что Никита все-таки решил поехать с нами.
Я доплелась до парней, но и рядом с ними не было свободных мест.
– Что за ерунда? – удивилась я. – А где сопровождающие?
Я взглянула в начало салона, но, кроме водителя, из взрослых в автобусе больше никого не было.
Тут донесся его голос:
– По списку все! Сопровождающих подберем по пути.
Даня принялся объяснять:
– Списки не только у нас менялись, в других школах тоже. В итоге вышло больше человек, чем положено.
Я огляделась и заметила, как в соседнем ряду на двух креслах уместились сразу три девчонки. Склонились над планшетом и хихикали над каким-то видео на YouTube.
Никита принялся подниматься:
– В этом есть и моя вина, садись, Верона.
Но я почему-то тут же схватила его за плечо.
– Что ж ты – стоя поедешь?
– Да поди не развалюсь, – усмехнулся Яровой.
– И будешь пыхтеть над душой целых два часа? – почему-то сердилась я. Ненавижу, когда что-то выходит из-под контроля.
– Значит, лучше, чтобы ты пыхтела надо мной? – не отступал Никита."
"Даня, почувствовав, что, как в старые добрые времена, запахло жареным, предложил:
– Азарова, садись с нами.
– С вами? Глупости!
– Почему? – удивился Третьяков. – На том ряду сидят втроем. И еще в начале автобуса.
– Ехать в тесноте? Я лучше к девчонкам каким-нибудь сяду.
– Так ты к Никитосу на колени!
– Ага! Еще чего!
Я уже хотела отправиться вперед к водителю, чтобы сообщить об отсутствии свободных мест, но тут автобус чихнул, передняя дверь плавно закрылась, и мы тронулись. От неожиданности я потеряла равновесие, но Никита успел схватить меня за запястье и потянуть на себя. Сама не поняла, как все-таки оказалась у Ярового на коленях.
– Удобно? – прошептал Никита над самым ухом.
– Угу, – отозвалась я, почему-то жутко смутившись.
Даня, глядя на нас, усмехнулся и отвернулся к окну. Наверняка пару лет назад эта ситуация не вызвала бы такого смятения. Раньше, когда были совсем мелкими, даже засыпали в одной постели под мультики. Но за эти два года, что мы не общались, Никита внезапно будто стал чужим, незнакомым и непривычно взрослым.
Даня оторвался от окна и снова повернулся к нам. За его темноволосой шевелюрой мелькали светлые высотки.
