Его мать рано скончалась, я мотался по съемкам, в Москве бывал наездами, мальчика воспитывали бабки. Старухи умерли, когда дитятко училось на четвертом курсе. Я присмотрелся к нему и ахнул, ну и фрукт, никаких интересов, кроме девок и шмоток. Гуляка, бонвиван, зазнайка, гедонист… Поймите меня правильно, я не ханжа, могу пропустить рюмочку, поухаживать за красивой дамой, только твердо уверен: гулять следует на лично заработанные средства. Я никогда не брал у родителей на сигареты, да они и дать не могли, лишних денег не имели.
В общем, испортили старухи парня. Куда я ни пристраивал бездельника, через месяц его выгоняли. Потом Илья начал пить и со временем превратился в алкоголика. Это мой крест, о нем знают и близкие, и дальние знакомые. Илья регулярно становился героем скандальных публикаций, он «автор» драк в ресторанах и всяких хулиганств, но последнее время, из уважения к моим сединам, бульварная пресса прекратила посвящать ему материалы.
Вчера с вами беседовал Илья, приношу свои глубочайшие извинения, душенька.
– Простите, – пробормотала я, – не хотела никоим образом ущипнуть вас.
– Вы, ангел, совершенно не похожи на человека, способного на гадкий поступок, – улыбнулся Волк, – давайте считать инцидент исчерпанным. Увы, я не управляю Ильей, это мое горе. Стараюсь не роптать и достойно исполнять божью волю, очевидно, прогневил господа, раз тот наградил меня подобным отпрыском. Но лучше вернемся к делу, итак, сериал.
Мы имеем сценарий?
– Нет, – помотала я головой, – только деньги.
– Сколько?
– На двести серий.
Волк присвистнул.
– Однако! Большой проект. Кстати!
Не успела я моргнуть, как режиссер помчался к книжным полкам.
– Вот, – азартно воскликнул он, отодвигая стекло, – я давно думал о Боборыкине. Слышали про такого писателя?
Я порылась в закоулках памяти.
– Боборыкин… Вроде он прожил чуть ли не сто лет, родился еще при Пушкине, а скончался в сталинские времена, написал много книг!
– Верно! – азартно воскликнул Волк.
– Сейчас, увы, он незаслуженно забыт. А еще имеется Мельников-Печерский с великими романами «В лесах» и «На горах». Боже! Какой материал! Купеческий быт, монастыри, любовь, смерть, трагедия и… тонкий юмор. Мы могли бы сделать несколько сериалов, объединенных одной темой…
Мне стало неудобно. Глаза Волка искрились, руки размахивали, изо рта потоком лились слова.
