– Какое безобразие! Разве можно так себя вести? Вы впервые лифт увидели?
Продолжая ругать шалунов, по лестнице стала спускаться красивая стройная девушка.
Стайка детей притаилась в кабине, потом одна девочка пискнула:
– Так уедет!
– Ну и что? – изогнула красивую бровь учительница. – Снова вызвать можно! Человека чуть с ног не сбили! Немедленно извинитесь и помогите ему упавшее подобрать.
– Простите, – хором сказали ребята, а девочка вышла из лифта и хотела нагнуться.
Но Владлен опередил ребенка, он быстро сам схватил папку и сунул под куртку.
Строгая учительница тем временем вошла в стоящую с открытыми дверями кабину.
– Уж извините их, – улыбнулась она, – на занятиях сидеть устали, вот и понеслись, никого не видя, маленькие еще, второклассники.
Хорошенькая девушка донельзя понравилась Владлену.
– А вы, значит, их учительница? – попытался завязать он разговор с красавицей.
– Да, – кивнула очаровашка.
– В этом клубе?
– Именно так.
– Как же вас величать, моя нимфа? – галантно осведомился Богоявленский.
Школьники, услыхав эти слова, захихикали, а симпатичная училка поджала пухлые губки и ткнула пальчиком в кнопку, двери с тихим шуршанием закрылись, кабина заскользила вниз."
"Владлен еще раз посмотрел на разрисованную стену. Клуб «Радуга», надо запомнить название. Девушка настоящий бутон, она вызывает бурление в крови. Ишь, какая недотрога, не сказала имени, но найти симпомпончика не составит труда, небось в этой «Радуге» не десять тысяч сотрудников.
Завтра же Владлен вернется назад, отыщет красотку, представится по полной программе, расскажет, что он великий, гениальный поэт… Но сейчас следует передать папку по назначению, и мысли Богоявленского потекли в ином направлении.
Выполнив просьбу друга, Владлен вновь вышел на лестницу, старательно закрепил в уме слово «Радуга» и поехал домой. Он хотел завтра вновь прикатить сюда и попытаться начать роман, но не сумел выполнить задуманное, а потом ему встретилась смуглянка Лиля, и образ хорошенькой преподавательницы сначала потускнел, а затем и вовсе стерся из памяти, однако название «Радуга» осталось.
Вернее, оно тоже испарилось из головы, но сейчас Владлен вдруг неожиданно четко мысленно увидел стену и яркое слово «Радуга».
Когда я вышла от Богоявленского, на улице разыгралась настоящая буря. С иссиня-черного неба падал ледяной дождь, ветер дул во все щеки, под ногами чавкала невесть откуда взявшаяся в городе глина.
