У репортерши вытянулось лицо и пропал дар речи – до этого она что-то непрерывно щебетала в микрофон. Оттесненная в глубь двора публика притихла.
– Клоуны! – бросил кто-то из задержанных. – Азаров – что за дешевые понты, мать твою? Ты на старости лет совсем с глузда съехал?!
Азаров дочитал список задержанных и резюмировал:
– …и приговорены к смертной казни через расстрел. Приговор привести в исполнение немедленно. Серега – давай…
– Целься, – негромко и деловито скомандовал Разуваев."
"Бойцы за столами широко расставили ноги, оперлись локтями об стол – будто собирались с кем-то померяться силами на руках, и припали плечами к прикладам.
Во дворе воцарилась полная тишина – люди застыли, боясь пошевелиться…
– По предателям Родины… ОГОНЬ!!!
– Та-та-та-та-та…
Длиннющие тяжелые очереди вспороли тишину двора и в несколько мгновений ровными стежками проштопали застывших у гаража людей.
Не знаю… Мне показалось, что это длится вечность, но на самом деле пулеметчики стреляли от силы секунд десять – они и по полкоробки не выпустили, а у гаража уже все лежали.
Потом Разуваев подошел к гаражу и сделал несколько выстрелов из пистолета.
Контроль.
Откуда-то возник наш доктор: подошел к телам, стал проверять, есть ли признаки жизни…
Репортерша отчаянно рыгала в клумбу с цветами. Глаза ее были безумными. Оператор, бросив камеру, сидел на коленях, тряс головой и бил себя ладонями по щекам. Оставшаяся публика упала наземь и прикрыла головы руками – я не видел, уложили их бойцы Разуваева, или они сами – короче, на ногах никто не остался.
Со стороны дома раздавались отчаянные вопли, слышался звон битого стекла: оказывается, бойцы Разуваева подперли двери, а женщины Яши пробовали вырваться во двор и били стекла кулаками, в кровь разрезая руки.
– Давай, – скомандовал Разуваев в рацию.
Из-за забора на крышу дома обрушились две струи какой-то жидкости – тотчас же резко запахло солярой и бензином. Буквально за минуту облили весь дом, вокруг натекли солидные лужи.
– Все готовы, – доложил врач.
– Хорошо, – кивнул Азаров. – Серега – как я сказал.
И пошел к дому.
– Поехали к соседям, – скомандовал Разуваев в рацию.
Азаров подошел к разбитому окну, у которого, просунув через решетки изрезанные руки, голосила Яшина вдова Ася. Ей вторил многоголосый хор домочадцев – вопль стоял такой, что ушам было больно.
– Пусть все заткнутся – или я сожгу твоих детей, – властно скомандовал в мегафон Азаров.
Надо же – стандартная, оказывается, схема.
