И только пусть попробует эта девчонка ему отказать! Хана ей тогда будет.
МарьИванна что-то неразборчиво пробормотала, а потом начала подниматься. И как!
Нельзя ей пить. Ой, нельзя.
Он не мог знать, какая она в другой жизни. Да и не хотел… Ни к чему эти знания. Они столкнулись здесь и сейчас, в этой реальности.
И тут она была искушением. Чистейшей воды. Той, от которой срывало голову, и мозги стекали в пах. Каждое её движение, причём абсолютно не намеренное, не сыгранное, несло чистейший секс.
В распахнутой рубашке, немного покачиваясь от только что испытанного оргазма, она встала на колени и потянулась к нему.
Ничего более сексуального в своей жизни Илья Турисов не видел. А последние месяцы он активно проводил эксперименты! И ни разу его не торкало, как сейчас.
Какое, нахер, одеяло и миссионерская поза!.. Он серьёзно?..
На Марфу не просто хотелось смотреть. На неё надо смотреть! Видеть, как колышутся груди, всё ещё спрятанные под тонким кружевом белого лифчика, как подрагивают мышцы живота.
Как полы рубашки прикрывают её бёдра…
А волосы… Они струились золотом по её телу и накрыли его, когда она подобралась на коленях почти впритык к его бедру.
Чёрт!
Нетерпение зашкаливало.
А если предположить, что МарьИванна в алкогольном опьянении шальная дурында, то что мешает ему положить ладонь на пшеничный затылок, надавить на него и…
То и мешает!
Он и так скатился ниже плинтуса. И, судя по тому, как осторожно тянет ладошку МарьИванна к его паху, останавливаться не собирается.
Выдержка Турисова давно трещала по швам. И он не сдержался. Перехватил кисть Марфы и опустил на себя. Та засопела, засопротивлялась, хотела руку отвести.
— Вы…
— Приласкай меня! — снова недружелюбно рявкнул Турисов. — Или трахну. По-настоящему уже.
Они поменялись местами, и теперь лицо Марфы оказалось в тени. Он не мог видеть, как распахнулись её глаза. А жаль… Он бы посмотрел.
— Я никогда никому не дрочила, — призналась Марфа и под занавес очередного признания громко сглотнула.
У Ильи были такие мысли.
Зашибись… Просто прекрасно. Как отплясывать чечётку на публику — так пожалуйста. Как в трусы себе залезать — это мы тоже можем. А как ответку дать мужику — так нет?
— Всё бывает впервые, — тем же тоном отозвался он.
Ему ли не знать про «впервые»…
Кажется, МарьИванна ещё не отошла от того, что с ней было ранее. Или любопытство взыграло. Кто теперь разберёт. Главное — другое. Она провела пальцами по его члену и остановилась на головке.
