А такие обыденные для немцев вещи, как часы, зажигалка, портсигар, большинство видели только в кино. Поэтому все это у убитых немцев забирали – даже губные гармошки. Немцы их любили, пиликали в свободное время, песни пели."
"И с едой у немцев было несравнимо лучше – каждый солдат получал приличный и разнообразный паек. Наши же на передовой, а в наступлении – почти всегда – простой перловой каши досыта не ели.
Пока спали, изрядно замерзли. Температура воздуха, по ощущениям, была градусов восемь. Но земля еще не остыла, и это их спасло от простуды.
Приведя себя в пристойный вид, они открыто направились к передовой. На них не обращали внимания. Но со стороны линии соприкосновения войск сначала послышалась все нарастающая пулеметная стрельба, потом загромыхали пушки.
Стрельба усиливалась, и это порождало тревогу – что происходит на передовой? Наши или немцы атакуют? Момент атаки вполне можно использовать для перехода. В таких случаях, когда перемещаются большие массы войск, всегда найдется лазейка.
Впереди, на небольшом пригорке, суетились солдаты, перетаскивая ящики.
Оттуда же раздался пушечный выстрел, потом еще один – они вышли в тылы вражеской батареи. Немного левее стояло несколько деревьев.
– Товарищ Петров, разрешите забраться на дерево. Все-таки повыше, хоть видно будет, что происходит.
– Давай.
Алексей ловко забрался на дерево.
Батарея оказалась зенитной, но стреляла она не по самолетам – стволы орудий были направлены горизонтально.
Алексей посмотрел вдаль. Километра за два виднелись танки, среди них отмечались разрывы снарядов.
Один из танков горел: похоже, по танкам вела огонь не только эта зенитная батарея.
Алексей сверху крикнул Петрову:
– Наши в атаку идут, по ним стреляют.
– Пехота есть?
– Не пойму.
Во-первых, было далеко, а бинокля под руками не было. Во-вторых, поле боя было видно плохо, все было затянуто пылью и дымом. Пехотинцы, если они и были, всегда двигались позади танков, стараясь прикрыться их броней. Для танков зенитные орудия с их высокой начальной скоростью снаряда представляли серьезную угрозу.
В дальнейшем, с 1943 года, такие же пушки, только в танковом варианте, устанавливались на «Тигры». Их 88-миллиметровые орудия пробивали лобовую броню Т-34 с дистанции 2–2,5 километра.
Алексей спустился с дерева.
– Наши наступают – помочь бы им.
– Как? У тебя что, пушка есть?
– Расчет орудий перестрелять надо.
– После первого же твоего выстрела они пушки развернут, и от нас мокрого места не останется.
