Расстояние маленькое, и промахнуться было невозможно.
Немец тоже успел выстрелить в ответ. Пуля ударила в ствол винтовки и выбила ее из рук Алексея.
– Вот фашистская морда! – выругался Алексей. Он подобрал винтовку и увидел, что у нее поврежден прицел. Пистолетная пуля угодила в корпус оптического прицела и смяла его. Теперь этот прицел можно было только выбросить, а винтовку использовать как обычную.
Вспомнив, что он только что видел на подоконнике нашу СВТ, он забрал ее как трофей – теперь уже свой. Привык он к оптике, она позволяла сделать дальний точный выстрел.
Что же касается русских винтовочных патронов на СВТ, то в углу комнаты стоял почти полный цинк. Пулеметные, с тяжелой пулей, в бумажных упаковках. Винтовочные шли обычно с пулей легкой и снаряженные в обойме по пять штук.
– Снимай «сидор», – попросил Алексей бойца.
Он высыпал в чужой «сидор» из цинковой упаковки патроны – довоенные еще, качественные. Немцы к патронам относились весьма скрупулезно – снайпер плохими стрелять не будет.
Алексей осмотрел винтовку, дозарядил магазин. Обыскав немца, он забрал у него еще один полный магазин. Не пользовался он раньше СВТ, теперь придется.
Снизу, от входной двери подъезда, закричал боец:
– Что там у вас за стрельба? Все живы? Помощь не нужна?
– Стой там, все живы, – крикнул Алексей.
В пустом подъезде звуки были слышны хорошо, только гулко отдавались эхом.
– Пошли, мы свою задачу выполнили.
Пока они шли вниз, красноармеец, ожидавший их у входа в подъезд – вроде бы его фамилия Федькин, – достал из нагрудного кармана гимнастерки смертный медальон.
Была такая пластмассовая штуковина, вроде патрона по размеру. Каждый боец вкладывал туда маленький кусочек бумаги, на котором были написаны его фамилия, имя, отчество и место, где он жил до призыва. Однако многие не писали – это считалось дурной приметой.
– Это мне молитва помогает. Когда в военкомат уходил, отец молитву дал, сказал – перепиши и носи с собой.
– Помогает?
– Полгода на фронте, и еще ни разу ранен не был.
– Как во взвод придешь, дашь переписать?
– Ага.
Они спустились вниз. СВТ непривычно оттягивала плечо – она была тяжелее немецкой винтовки.
И тут вдруг Алексей увидел, как с другой стороны улицы из подворотни высыпали немцы, целое отделение. Увидев, в свою очередь, русских, они открыли автоматную стрельбу. Боец, показывавший молитву, погиб сразу – пуля попала в сердце. Алексей и второй боец успели нырнуть в подъезд.
