– В атаку – вперед!
Штрафники молча поднялись в атаку. Никто из них не кричал «Ура! За Родину! За Сталина!», поскольку его именем их упекли сюда.
Первые минуты немцы не открывали огня. Всегда перед атакой следовал пусть и короткий, но артналет, или шли в атаку под прикрытием танков. А тут русские в наглую прут на пулеметы!
Но потом пулеметчики очнулись. Сразу из нескольких ДОТов и ДЗОТов они открыли огонь. Начали стрелять ротные минометы. Штрафники тут же понесли первые потери.
Часть цепи залегла. Между залегшими штрафниками с пистолетом в руке бегал командир взвода, пока его не убило.
"
"Алексей поднялся на одно колено, вскинул винтовку. Плохо, что он не знает боя винтовки – пристреляна она или нет? А еще не хватало оптики: пулеметчик далеко, метров триста.
Он прицелился и выстрелил. Пулемет тут же умолк. Алексей повернул винтовку на другое пулеметное гнездо.
Сзади подбежал лейтенант.
– Какого хрена попусту патроны жжешь? Вперед, в атаку!
Не оборачиваясь, Алексей процедил сквозь зубы:
– Сейчас пулеметчика завалю, ведь головы поднять не дает!
– Вперед, а то застрелю!
Негромко хлопнул выстрел, и лейтенант упал – это лежащий рядом Андрей выстрелил лейтенанту в спину.
Он поднял большой палец.
– Давай, Леха, убей пулеметчика!
Алексей прицелился, затаил дыхание и нажал на спуск. Промах! Пулеметчик продолжал поливать лежащих штрафников огнем.
Алексей стрелял трижды, пока наконец пулемет не замолк. Цепь без команды поднялась. На пулемет идти – верная гибель. И в свою траншею вернуться невозможно: сзади, за траншеей, заградотряд стоит, и тоже с пулеметом.
Побежишь назад – пулю уже от своих получишь.
Пока огонь ненадолго стих, штрафники бежали вперед. Бежали молча и без выстрелов.
До немецкой траншеи оставалось не больше сотни метров, когда немцы начали бросать гранаты. Но до атакующих было еще далеко, и гранаты не причиняли штрафникам вреда. Да и слабоваты немецкие гранаты были, радиус поражения невелик.
Штрафники ворвались в первую линию траншей, стали колоть немцев штыками и бить прикладами.
Они забрасывали гранатами блиндажи, землянки и ДОТы, и после взрыва врывались в них, добивая уцелевших. Кто побоевитее, хватали немецкие автоматы и ручные пулеметы, стреляя вслед убегающим во вторую линию траншей немцам.
Потери в батальоне были большие, треть состава полегла на «нейтралке». Но позицию они взяли, выполнив приказ. Поскольку офицеров постоянного состава выбило, в атаку на вторую линию штрафники не пошли. Зато занялись мародерством.
