Повторить все то, что они уже со мной сделали.
И то, что еще не сделали тоже хотят.
Проникнуть, растянуть, заполнить.
Они будут брать меня по очереди, жестко, словно мстя мне за то, чего я так и не сделала.
Сладкое томление разливается внутри. Неужели я хочу этого? Хочу?
Ох… да… низ живота тянет, сводит, скручивает, я хочу сжать бедра, но чьи-то наглые руки раздвигают их.
Грубые руки. Чужие руки. Жесткие, шершавые…
И запах, не помню такого противного кислого запаха. Меня воротит от него. А он все ближе, словно кто-то наклоняется ко мне и…
Распахиваю глаза, и вижу над собой лицо мексиканца! Я помню его.
Он, кажется, был тут на пляже. Местный. Кричу, отталкивая его, но он успевает закрыть мне рот ладонью.
Другой, которого я замечаю, держит меня за ноги.
- Пригрелась, малышка, хочешь поиграть? – он говорит на ломаном английском, нагло улыбаясь.
Эти люди гораздо старше меня…
Я просто в ужасе!
Господи, ну что я за дурочка? Напилась коктейлей и, кажется, уснула прямо на шезлонге!
Боже, неужели меня сейчас…
Брыкаюсь, надеясь стряхнуть с себя наглые руки.
Мне же говорили, что тут хорошая охрана? Как эти двое сюда попали?"
"Первый, наклоняется ко мне. Что-то шепчет уже на испанском. Успеваю разобрать не все. Кажется мне только что предложили пойти с ними добровольно, пообещали жаркий секс и доллары. Я вижу, что они одеты довольно прилично. Не оборванцы. Но мне от этого не легче!
Округляю глаза, пытаясь заставить их открыть мне рот. Но они тихо смеются в ответ.
- Триста зеленых, куколка.
Будет хорошо.
- Продешевили, ребята, - раздаётся яростный мужской голос. - Эта куколка стоит не три сотни, а три тысячи, и я ее уже снял, так что лучше отвалите!
Мне даже не нужно поворачивать голову чтобы понять кто там стоит.
Константин.
Чертов командир воздушного судна! Как всегда невовремя!
То есть… о, Боги! Конечно вовремя!
Дрыгаю ногами, руками, пытаясь спихнуть мерзкие потные ладони мексиканцев. Чувствую себя грязной. Глаза начинают увлажняться, потому что понимаю, что сейчас думает про меня этот хренов летчик.
В голове снова шум. Он делает два шага, мексиканцы оценивают высокую фигуру, широкие плечи. Один, тот, который предлагал за меня три сотни ухмыляется и говорит на испанском.
- Если мы заплатим тебе пять косарей, отдашь нам телочку? У неё охрененный рот, хочу, чтобы она отсосала.
Я отлично знаю язык, поэтому моё лицо морщится от омерзения.
К моему удивлению, Костя отвечает на прекрасном испанском:
- Нет. Она моя.
