Сперва щурим глаза, пытаясь привыкнуть к темноте, но вскоре замечаем полностью убранную кровать.
Почти не распакованный чемоданы...
Я удивлённо хмыкаю.
Нашей скромной подчинённой нет на месте!
- Спит, говоришь? - голос Марка мрачнеет.
- Ну я же не уточнял, что она в своём номере спит? - пытаюсь разрядить обстановку я.
- Ты на что намекаешь? - брови Марка сходятся к переносице.
- Да тут и без намёков всё ясно! Наша Ника нашла себе мужика побогаче, видимо. Ну или решила, что с нас хватит одной ночи. Следующей.
А пока...
- Дьявол! - Марк с размаху пробивает кулаком в стену.
Я еле успеваю отступить в сторону.
С интересом смотрю на друга. Он что, ревнует? Забавно. Никогда его таким не видел!
Обычно это бабы с ума сходят от ревности, когда видят его с другими...
Сейчас лицо Марка приобретает необычное, отчаянное выражение.
- Я был уверен, что она не такая... - разочарованно цедит он сквозь зубы.
- Я тебя умоляю! - не могу сдержать насмешку я. - Да у тебя они через одну все невинные! Боже! Марк! Да очнись ты уже наконец! Мы с тобой трахаем шалав!
- Одну вот не
трахнули, - скрепит зубами друг.
- Ничего, завтра найдём её и тогда уже не отпустим! - хлопаю его по плечу, а сам замечаю в приоткрытом чемодане пакет с женскими трусиками.
Поддеваю его пальцами.
- Смотри, что я нашёл!
- Опять ты за свой фетиш...
- Уверен, завтра они ей уже не понадобятся! - я забираю пакет с собой и направляюсь к выходу из номера.
- Мне кажется, с ней я готов к жесткачу, - со улыбкой полной опасного предвкушения говорит Марк, пока мы едем в лифте на свой этаж.
- Вот что с людьми делает ревность, - глубокомысленно заявляю я.
- Кость, почему ты такой мудак? - спрашивает он.
- Отличные учителя были, - неопределённо отмахиваюсь от него я.
Сейчас я даже рад, что Нику в номере мы не застали.
Так лучше.
Без пустых иллюзий со стороны Марка.
Без сожалений. Без чувств.
Просто секс.
Жёсткий. Дикий. Жаркий. Секс.
А потом мы забудем о ней, как об очередном сладком трофее, который сдался без боя.
Глава 20
Глава 20
Ника
Мне зябко, чувствую мурашки, которые бросаются врассыпную, словно их спугнула стая бешеных птичек.
Кажется, я ощущаю их прикосновения. Наглые, жаркие.
Сквозь сон понимаю, что меня действительно касаются. Трогают. Пока только руки, плечи…осторожно.
Представляю две пары глаз, пожирающих меня взглядами. Синие-синие как небо, и изумрудные, как океан. Они смотрят. Они хотят меня взять. Присвоить. Заставить делать всякие непотребные вещи.
