— Что удивительного в том, что я хочу победить? — Пожал Карл плечами. — Ты ведь тоже хотела.
Теперь ясно, почему Кир не дает мне прохода. Карл воздействовал на него своей магией. А я еще и помогла! Пусть неосознанно, но все же. Сама крутилась рядом, сама соблазняла, сама целовала.
Я-то думала, что по-настоящему интересна Киру, а это всего-навсего магия единорога. Думать об этом было невыносимо больно. На глаза навернулись слезы, хоть я не плакса.
Я хотела выиграть спор, а в итоге проиграла по всем статьям.
И вовсе не пари с Карлом беспокоило меня в первую очередь, было кое-что похуже.
— Эй, ты чего? — Разволновался Карл. — Из-за кулона плачешь? Да не заберу я его у тебя, оставь себе. Обойдусь без выигрыша.
— Если бы дело было только в кулоне, — всхлипнула я и спросила: — Ответь честно, на меня ты тоже воздействовал своим Даром?
— Делать мне больше нечего, — фыркнул Карл. — Если ты что-то чувствуешь, то это исключительно твои эмоции. Я к ним руку не прикладывал.
— В таком случае я попала… — прошептала.
— Да что происходит? Объясни толком, — взмахнул Карл пухлыми руками.
В ответ я пробормотала:
— Как-то неправильно работает твой Дар, Карл. Мы хотели влюбить Кира, а что если влюбилась я сама?
Единорог с недоверием посмотрел на меня.
— Подумай хорошенько, вдруг ты ошиблась? — Уточнил он. — Иногда люди путают любовь с симпатией. Князь, конечно, красив, но что может дать тебе этот мужчина? Нервный срыв?
— А ты проверь, — предложила я. — Загляни в мои эмоции, ты же можешь.
Карл прищурился. Секунду-другую он смотрел на меня, а потом с досадой цокнул языком.
— Н-да, — протянул он. — Не пойму вас женщин, как вы выбираете мужчин… Чем он хуже, тем сильнее вы любите. Непостижимо!
Карл с помощью своего Дара подтвердил то, что я сама уже поняла — Кир мне небезразличен. Осталось понять, что с этим теперь делать.
Но копаться в себе и думать о чувствах банально не было времени. Следующий день начался с тревожных вестей — в Южный дворец прибыл отец Тиридат — Усман Грозный.
До него дошла весть о взятии его дочери под стражу и о махинациях главного советника с браком.
Эту новость принесла Ума — мой источник информации в водовороте событий. Утром она вошла в мою спальню с охапкой цветов в руках:
— Князь прислал вам дары, моя счастливая госпожа, — сказала она.
— Если он так просит прощение за обыск, то плохо старается, — отмахнулась я от цветов. — Пусть придумает что-то получше.
Ума вздохнула, но цветы убрала.
