Вернув планшетку обратно, тут удобный держатель на панели управления был, и она не мешала, я мысленно прикинул. Город этот в тридцати километрах справа оставался, а я летел в пределах видимости крупной судоходной реки, она мой главный ориентир. Подо мной крупный лесной массив, что уже не один десяток километров тянулся вдоль реки. Если посадить самолёт на воду, то есть шанс быстро покинуть тонущий аппарат и выбраться на берег. Следы, на мой взгляд, неплохо замету. Одно только беспокоило, успею ли выбраться? Тоже не самый надёжный способ.
А можно где-нибудь на луг сесть и загнать самолёт под деревья на опушке, замаскировав ветвями? Могут быстро найти, а может тот и неделю простоять. Этот способ мне больше нравится. Ещё была идея выпрыгнуть, скорректировав падение самолёта так, чтобы тот рухнул в реку, а я опущусь на парашюте на берег, только вот принять ни один из этих планов к реализации я не успел. Вдруг запищал в рюкзаке амулет-поисковик. Кого это он нашёл?
Дотянувшись, я открыл клапан и, найдя амулет, посмотрел на голограмму, что тот выдавал.
– Ничего себе, на магию драконов среагировал?"
"Я только и успел определить, что это именно магия драконов, как вылетел за зону уверенного сканирования знакомой мне техномагии. Похоже, полёт в столицу ганцев откладывается, я не уйду, пока не выясню, что там такое, на что среагировал амулет. Тут я резко дёрнул штурвал, уходя в сторону, что с учётом полета на бреющем было очень опасно, задел-таки верхушки нескольких деверев, что мне попались, но смог выправить полёт, а два ганцских истребителя уже выходили на второй заход.
Схватив планшетку и дав полный газ, набирая высоту, я нашёл в стороне ещё один крупный лесной массив и потянул к нему, крутясь и уходя от атак истребителей. Если где и прыгать, только там, не хочу, чтобы меня искали в этом лесу у реки. Наверняка ведь ганцы сообщат, что пилот выпрыгнул, и будет организовано прочёсывание, а я быстро покину лес и переберусь к реке, к месту, где амулет сработал.
Дотянуть я смог, хотя бомбер был мой в хлам, чудом держался в воздухе.
Наверное, только мой мат, что стоял в кабине, и помогал ему не рухнуть. Один мотор горел, остановившись, второй работал с перебоями, и мой аппарат терял высоту и скорость. Истребители, видя, что отбиваться мне нечем, места стрелков пусты, а у пилота пулемётов нет, сближались чуть ли не вплотную, выпуская по мне свой боезапас. Дважды в бронеспинку прилетало, хорошие такие удары, как кувалдой заряжали.
