И не пытаюсь оправдаться. Зачем? Моя совесть чиста. Остальное на воле божьей. Бог всем судья. Время покажет, кто прав, кто виноват. Расставит все по своим местам. А сейчас то, что происходит... Все эта пчелиная возня. Не стоит она того. Поэтому еще раз повторяю: это моя семья. И мои проблемы с мужем.
— Лейла, как бы ты ни возражала, я приеду к тебе. Это нужно обсудить. Потому что я чувствую... вину. Она меня гложет, — рвано говорит он, а затем я слышу в трубке посторонние голоса. — Так, Лейла. Мне пора на работу. Зовут.
Вечером я заеду, и мы все обсудим. Решим, как быть.
— Эмре...
— До встречи, Лейла.
Глава 12
А затем звучат монотонные гудки.
Я качаю головой и кладу телефон на стол. Впиваюсь невидящим взглядом в экран.
Не знаю, сколько проходит времени, но входная дверь открывается, и в квартиру входит бабушка Ясемин. Она моет руки. Затем относит пакеты из коридора на стол в кухню и, прищурившись, интересуется:
— Кто звонил?
— Эмре, — объясняю я, подходя к ней. Помогаю разгрузить пакеты из супермаркета.
— Молодой человек Нихан.
— Да, Эмре — очень хороший мужчина. Мне прямо понравился. Достойный. Образованный. Недавно твоя сестра приезжала к нам. На днях и мы познакомились. Он произвел на меня впечатление воспитанного, грамотного и серьезного человека. Эмре явно любит Нихан.
Я киваю.
— Я тоже так считаю. — Натягиваю улыбку, хотя в душе нарастает пустота.
Когда-то и я так говорила о Бураке. Прошло пять лет, и все изменилось. Теперь между нами всегда будет стоять та унизительная сцена в доме.
Этого не забыть.
— Все будет хорошо, Лейла, — подбадривает меня бабушка Ясемин. — Обязательно. Даже не волнуйся на этот счет. Все вернется на круги своя. Веришь?
— Надеюсь, бабуль. — Я встаю со стула и крепко ее обнимаю.
Так хорошо, когда есть люди, которые поддержат в минуты слабости и боли! Таких, как показывает практика и жизненный опыт, крайне мало. Поэтому я, конечно же, ценю того, кто рядом со мной сейчас. В эти минуты я понимаю: что бы ни случилось, я справлюсь. Ведь рядом со мной они.
Те, кто подставят плечо в трудную минуту.
Поэтому ни Бурак, ни его мать, ни другие их родственники не отнимут у меня сына. Я просто не позволю этому случиться. Не в этой жизни.
Через полтора часа Али просыпается, и мы весь день проводим вместе, буквально не отлипая друг от друга, будто не виделись сотню лет. Безусловно, сын привязан ко мне, поэтому целый день то и дело гладит мои руки, спину и обнимает. В эти моменты меня затапливает волной тепла и любви.
