И зачем после всего случившегося говорить, что у нас родится второй малыш?"
"Некоторое время в воздухе повисает звенящая тишина. Напряжение между нами никуда не уходит, не сбавляет обороты. Наоборот, меня еще больше колотит от ярости. Сегодня явно не мой день, потому что появление той девицы на моем пути — худшее, что могло произойти в моей жизни после всего, что я пережила. Лучше бы Сания Экремовна преградила мне дорогу и наговорила всяких гадостей, чем та шалава. Ее лицо так и стоит перед глазами, ее слова — как удар острым кинжалом в сердце.
Ее самодовольная ухмылка, самоуверенный тон... Меня просто тошнит от них и выворачивает наизнанку.
— Я все понимаю. — Голос Бурака хриплый, едва слышный. Мне кажется, что он заставляет себя говорить. — Понимаю, что причинил тебе невыносимую боль. Что оставил шрам на твоем сердце. Те воспоминания... они просто убивают... И не только тебя, но и меня, Лейла. Я ненавижу себя каждый раз, как вспоминаю тот день. Тот спектакль, который сам же устроил. Я жалею, родная.
Мне очень жаль, что я повелся на провокацию своих же родных. Но... это и мой ребенок тоже. Ты должна была рассказать мне. Я ни в коем случае не стал бы тебя обвинять...
— Это тебе кажется, — перебиваю я, вытирая пальцами слезы со щеки. — Тебе кажется, что не бросился бы на меня с очередными обвинениями, узнав о моей беременности. Сейчас так кажется, потому что ты знаешь правду. А тогда ты был настроен категорически. Совсем иначе. Ты был уверен, что я изменяю тебе с твоим конкурентом. Передаю ему информацию.
.. Не нужно лгать, Бурак. Я не ребенок. Не ребенок...
Феррахоглу вздыхает, утыкаясь носом в мою ладонь. Прижимается к ней колючей щекой, трется. Я прикрываю глаза и сглатываю невидимый комок в горле, размер которого с каждой секундой становится все больше и больше.
— Прости меня. — Положив руку на мой живот, Бурак поднимает на меня глаза. — Прости меня ублюдка, Лейла. Прости за все, что я натворил. Прости...
Я шмыгаю носом, желая зарыться пальцами в густые волосы все еще мужа.
Хочется погладить их, уткнуться носом и втянуть в легкие побольше кислорода. Впитать в себя исходящий от Бурака аромат. Но я вынуждаю себя отстраниться.
— Нам за Али поехать надо, — напоминаю я, желая сменить тему.
— За ним Костя поедет. Звонил садику, ФИО его дал. Он паспорт покажет и Али заберет.
Я киваю.
— Я хочу домой. Не вижу смысла тут оставаться.
— Конечно. — Поцеловав мою руку очередной раз, Бурак поднимается на ноги. — Завтра придется вернуться.
