И это почему-то пугало и бесило его до невменяемости.
Однако Белый не был собой, если бы не смог с этим справиться. Задавил, загнал внутрь, закрылся под привычной маской. Раскиснуть на глазах у своих шестерок? Чтобы они над ним ржали втихаря? Злой холод вскипал в душе, при мысли о том, что это она поставила его на грань. Крис-ти-на.
Надо наконец научить ее уважению. Чтобы поняла, если он ее трахает - НИКОГО рядом. Никого другого близко не может быть, бл***! Шею свернет, заставить кровью блевать. Страх потеряла? Он покажет ей страх.
***
К своему офису подъехали на трех машинах. Он встал в отдалении, наблюдать. Того петушка, что летел сюда на крылышках любви, по приказу Белого аккуратно подрезали. Да так, что еще он же и был виноват. Впредь подумает, прежде чем тянуть лапы к тому, что ему не по зубам. Надо было еще посадить его на бабки, Белый давно просек, что самое действенное наказание для мужика деньгами. И наказал.
Остальные трое его архаровцев пошли внутрь. Женщина сейчас там, Паша знал это.
Ее приведут с минуты на минуту. Сейчас.
И это опять было странное чувство.
Нетерпение, злость. Волнение, мать его...!!! Как будто он прыщавый сопляк! Чтоб он сдох, но он ее ждал, каменный от одной только мысли.
Когда девку в офисе не нашли, его словно ошпарило. А потом разлилась ледяная волна паники. Где? Искать!
- Из-под земли достать, - процедил он еле слышно.
Откинулся неподвижным изваянием на сидении, а у самого тревога волнами.
Где? Где? Где?
Как ему не нравилось собственное состояние!
Несколько минут показались веками, а мужчину буквально раздирало на части.
Хотелось вырвать эту дрянь из себя. Это трусливое, трясущееся, бл***! Он готов был задавить суку, выедавшую дыру ему в груди, руками. И в это же время внутреннее зверское нутро заходилось ревом от желания вгрызться, присвоить, вжать в себя.
Наконец сообщили, что девка нашлась. В первый момент сердце забилось идиотской радостью. Потом, когда услышал, что она на улице пряталась, опять ледяная волна злости нахлынула.
"
"Прячется тварь? Знает, сука, что хвост грязный! Наказать. Наказаааать!
Чтоб неповадно было Белого обманывать.
Это было правильно.
И все равно в башке раздрай. Потому что, входя в этот двор, мужчина них*** не понимал, что чувствует. Не знал, что будет делать дальше, ему надо было просто ее увидеть.
А увидел, как она летит на своих каблуках по лестнице, чуть не онемел. Белого накрыло ступором от мысли, что вот сейчас она разобьется прямо у него не глазах.
