— Крови когда последний раз были, не считая последнего кровотечения? — спросила она, когда Хоегард закончил свой рассказ.
— Примерно сорок пять дней назад, — неуверенно ответила Динка. За последними событиями совсем некогда было считать дни.
— Замуж когда вышла? — продолжала выспрашивать старуха, отойдя к секретеру и делая пометки на свитке.
Динка замялась, не зная, что ответить.
— Месяц назад, — пришел ей на помощь Хоегард.
— То есть около тридцати дней назад, — уточнила лекарка, пристально взглянув на него из-под кустистых седых бровей.
— Да, около того, — кивнул Хоегард.
— До замужества чистоту хранила? — продолжала выспрашивать лекарка.
— Д-да, конечно, — заикаясь проговорила Динка, начиная понимать к чему идет разговор.
— Первая брачная ночь состоялась без трудностей? — целительница обращалась к Хоегарду.
Динка мучительно покраснела, вспомнив свою первую и вторую ночь с мужчинами. Зачем лекарке знать эти подробности?
— Да, все было в порядке, — как ни в чем не бывало отвечал Хоегард.
— И в первую, и во вторую ночь все было хорошо.
— В дальнейшем супружеская жизнь была регулярно?
— Нет, я был вынужден уехать на две недели. Был перерыв, — сообщил он. Динка смотрела с недоумением то на лекарку, то на варрэна. Зачем он все это ей рассказывает?
— А затем, конечно же, накинулся на молодую жену, — проговорила старуха ядовито. — Сколько раз за ночь требовал с нее супружеский долг? По два раза небось?
— Когда два, когда и три, — отвечал Хоегард, не моргнув глазом.
Хотя Динку аж передернуло от тона старухи. Это она еще не знает, что Хоегард у нее вовсе не один.
— Вот и доигрался, — неприязненно хмыкнула лекарка. — На стол ложись, — тут же приказала она Динке. Динка замотала головой и снова прилипла к Хоегарду. Неужели он позволит старухе уложить ее на этот пыточный стол, да еще и голой.
— Все в порядке, я буду рядом, — шепнул ей Хоегард, подводя ее к столу и помогая забраться.
Старуха защелкнула ей руки браслетами, а затем поставила на боковую подставку сначала одну ногу, тут же пристегнув браслетом щиколотку, затем повторила манипуляцию с другой ногой. Динка задрожала от страха. Она лежала прикованная к столу, совершенно обнаженная и открытая перед лекаркой, которая не вызывала у нее никакого доверия. Если бы не присутствие Хоегарда, она сожгла бы этот чертов стол и сбежала бы прямо так.
