В этот вечер я видела Дениса в последней раз, перед тем, как впасть в кому поганых чувств. И целовала с легкой душой – тоже. Зато в первый раз около своего подъезда сказала ему веское: «Ты – мой».
Он согласился.
Нам было так хорошо в тот вечер, что я не стала расспрашивать его о прошлом – я эгоистично забыла про это.
Они ждали его с нетерпением. Все пятеро следили за входом в комплекс, где жил Денис Смерчинский. Он вышел оттуда в десятом часу и тут же сел в такси вместе со своей оранжевлаской.
Территория огромного современного жилого пятнадцатиэтажного элитного комплекса, в котором жил Смерч вместе со своими родителями, была обнесена по периметру двухметровым забором, напичканным камерами наружного и внутреннего наблюдения.
Внутри комплекс охранялся, поэтому жильцы с чистой душой оставляли свой транспорт не только на подземной стоянке, но и на улице, не боясь, что с ним что-то случится. Но вот за воротами этого дома было уже и не так безопасно, хотя район, где жили Смерчинские, считался одним из самых благополучных в городе.
И Дениса нужно было поймать тогда, когда он будет за воротами, и желательно, подальше от них и камер наблюдения.
– Поперся на такси провожать свою оранжевую деваху, – неодобрительно качая головой, сказал Санек. – Девка – дура, без мазы.
– Ничего, фраерок наш вернется, тогда и поговорим. Будьте наготове, пацаны, – сверкая влажными глазами, сказал Дикий и несколько раз чихнул и вновь стал кутаться в куртку. У него явно поднималась температура.
Гера очень нехорошо на него взглянул, но промолчал.
Никки просил просто избить фраерка, поэтому он набирал команду из левых парней. Дикого надо было не брать. Что-то с ним совсем плохо.
– Заболел? – сочувствием спросил у него приятель, чья любовная жизнь дала трещину после проделки Аньки.
Дикий с плохо скрываемым раздражением посмотрел на него, но промолчал, грея ладони друг о друга, хотя на улице было достаточно тепло. Зато другой парень толкнул спрашивающего в бок:
– Идиот, ломка у него начинается.
Не видишь, что ли? Не лезь к нему, пока не снимется, злой будет.
– А чего он не примет ничего?
– А я-то откуда знаю, тля? Спроси. И долго нам фраера ждать? А если он сразу домой попрется, как приедет? Как мы его ловить будем?
– Эй, вы, – подал голос Дикий, – уроды, заткнитесь.
И он потер виски. Его тело начинало ломить именно с височной области.
– Если ты сейчас накосячишь, бабло не получишь, – вызверился Гера. – Понял? И ширялово будешь брать где хочешь.
