– Почему ты мне не сказала, что он из себя представляет? Почему сразу не сказала? Почему? – с каждым новым «почему» голос Дэна становился все тверже. – Ты мне теперь не доверяешь? Я же сказал, что буду защищать тебя и буду всегда на твоей стороне.
– Я боялась, что ты мне откажешь в помощи, Денис. – Ольга произнесла это тихо, но Лида все равно каким-то чудом расслышала. Она совсем не понимала, о чем эти двое ведут речь, но ей не очень нравилось, что парень ее подруги сидит здесь с Князевой, той, которая умудрилась отобрать у Машки ее ненаглядного Никиту.
– Хорошо, я все понял. Постараюсь исправить ситуацию. Просто знай, Оля, – тебе надо было сразу сказать мне все о нем, – мягко попенял Дэн. – Все-все. Я ведь все равно бы нашел нормальный способ помочь тебе.
– Мне, правда, стыдно, что я не сказала раньше. – В голосе Князевой было раскаяние – Лида чувствовала это так же хорошо, как сегодня чувствовала то, что Нику что-то резко понадобилось от ее Машки и что он с ней заигрывал – может, не словами, но взглядом и жестами.
– И я, правда, боюсь. Не за себя. За человека, которого люблю. Я все затеяла только ради него.
Они замолчали. Отвлекшаяся от своего горя Лида переваривала информацию. О чем эти двое ведут речь? Кого боится Князева? Чем ей может помочь Денис? И знает ли Маша, что эти двое уединились в парке? А Кларский знает об этом?
– А тот парень? – вдруг нарушил тишину Смерчинский.
Лида опять навострила ушки, готовая прямо сейчас сорваться и бежать к подруге, чтобы доложить ей, что ее ненаглядный Смерчик что-то странное обсуждает здесь с Князевой.
– Какой парень?
– С которым ты встречаешься, – припомнил Смерч голосом брата, интересующегося делами сестры. – Кто он для тебя?
– А, он. – Голос его собеседницы неожиданно потеплел. – Он классный. Нежный, заботливый, похожий на ежика – характером. Я обожаю его. Только он без ума от другой. Это какой-то омерзительный любовный треугольник, Денис. Инна говорила мне про любовь, много говорила, что это великолепное чувство, ни на что не похожее – разве что только на страсть к мороженому.
Ты же помнишь, она его безумно любила и все время лопала. Но я всегда смеялась над ней, потому что вообще не верила в какие-то там чувства. Мне казалось, что это есть только в книжках и в кино. Пока она не встретила тебя. Помнишь тот случай в кабинете физики? – с легкой светлой печалью по прошлому, которое уже никогда не вернешь, спросила Ольга.
