Я повертел в руках диск, прочел название фильма и аннотацию. «Анастасия». История о женщине, выдававшей себя за оставшуюся в живых дочь Николая Второго. В ролях Юл Бриннер и Ингрид Бергман. Надо же, я даже не слыхал о таком фильме, впрочем, ничего удивительного, его сняли в середине пятидесятых, когда меня и на свете-то не было. А Юл Бриннер играет русского генерала…
Я подумал немного и решил сделать подарок Майе Витальевне Истоминой, коль уж она так любила в юности этого актера. Купил диск, а на следующий день позвонил Истоминой.
Все равно мне работать на участке, так почему бы не зайти на чашку чаю.
– Спасибо вам огромное, Игорь, – горячо благодарила меня писательница, прижимая диск к груди. – Мне давно хотелось посмотреть этот фильм, а возможности не было. Там должна быть дивная музыка, я помню, когда была девчонкой, на танцах крутили песню «Анастасия», такую грустную, нежную, а потом я узнала, что эта мелодия использована в фильме с таким же названием. И Бриннер мой любимый! Спасибо!
Майя Витальевна посмотрела на часы:
– Через двадцать минут должна прийти моя студентка, но я успею напоить вас чаем.
Вы не торопитесь?
Вообще-то я на работе, но двадцать минут на перекус – это святое. Мы уселись в гостиной, и Истомина принялась расспрашивать меня о Ситникове. Вячеслав Антонович скончался месяц назад в больнице, следствие по делу о покушении на него благополучно завершилось, Олеся Подрезкова ждала суда. За неимением показаний потерпевшего Шурику Вилкову пришлось удовлетвориться историей о неосторожном обращении с оружием.
Подрезкова призналась, что оговорила свекра, обвинив его в попытке изнасилования, потому что думала, что необходимая оборона смягчит ее вину. Следователь пожурил молодую женщину, предпринял ряд отчаянных попыток заставить ее говорить правду, но Олеся держалась как кремень, ни на шаг не отступая от своей версии, и пришлось на этом остановиться. Так мы и не узнали, почему она стреляла в Ситникова.
Истомина забросала меня вопросами, и когда раздался звонок в дверь, недовольно поморщилась:
– Ну вот, на самом интересном месте… Игорь, вы не уходите, я хочу дослушать до конца.
– А как же ваша студентка?
– Ничего, подождет.
Я услышал, как она открывает дверь и говорит:
– Аллочка, я пока занята, посиди в кабинете, подожди. Я освобожусь минут через пятнадцать.
Майя Витальевна вернулась и с детской жадностью потребовала продолжения. Но нас снова прервал звонок, на этот раз телефонный.
