Вот тогда, не рискуя быть обнаруженным раньше времени, можно действовать и мне. Увидел стоявшие неподалеку бутылки с алкоголем. Ухватил одну и с силой запустил ее прямо в дверь. Бутылка с характерным звуком разлетелась вдребезги.
— Ой! Что это там такое?
— Блин, наверное, кто-то пришел…
Процесс пошел, хоть и не так, как я планировал. Звуки из телевизора резко прекратились.
В щель увидел, что оба выскочили в затянутую дымом прихожую и все поняли. Остановились с открытыми от удивления ртами.
— Мишка, у вас пожар! — воскликнул тот, что был поменьше.
— Быстро на улицу! — крикнул второй, сориентировавшись. Крикнуть-то крикнул, а вот на улицу никто не побежал. Вместо этого оба как-то неуверенно зашагали на кухню. Там уже вовсю бушевало пламя — видимо горело что-то легковоспламеняемое.
Мальчишки остолбенели закашлялись от дыма. Да чего ж они такие бестолковые-то? Ну неужели их родители ничему не учат? Даже нас, поколение двухтысячных учили, что делать при пожаре, а эти какие-то совсем не от мира сего.
Вот тебе и советские дети.
Наконец, один ухватил другого за шиворот и кашляя, потащил к выходу.
Через минуту, в доме было уже пусто. Я вышел в прихожую и в дальней комнате увидел картонные ящики с какими-то яркими этикетками. Видимо про них и говорили мальчишки… Ну, все ясно, это и есть заготовленная фарца. Видимо, что-то совсем дорогое, раз хранится прямо здесь. Честно говоря, не думал, что Шерстнев, какой бы важной шишкой он ни был, хранит товар прямо у себя дома!
Строить из себя героя было непросто — стоять в горящем доме было страшно.
Хорошо хоть дым стелился в основном под потолком, но постепенно оседал все ниже и ниже, заполняя собой все пространство. Кухня уже вся пылала, но огонь еще не распространился на другие помещения.
Где-то справа раздался скрип. Приоткрылась дверь из соседней комнаты и я вновь увидел поджигателя. Капюшон по-прежнему скрывал его голову, в руках у него был рюкзак с инструментами.
Он еще не успел увидеть меня, чем и дал мне преимущество.
Я тихонько подхватил с полки увесистую книгу и размахнувшись, с силой швырнул ее прямо в голову поджигателя. Попал лишь частично, сбив капюшон с головы. Тот чертыхнулся, взвыл. Выругался.
Каково же было мое изумление, когда я разглядел его лицо.
Это был сам Швед!
Только загримированный и с накладными усами.
Черт возьми, это точно он! Поджигателем оказался не кто-то из парней Клима, даже не сам Клим, а именно Швед. Тот, кто рулил местной бандой из фарцовщиков.
