Оставляя нас в ещё более густой в тьме, чем раньше. И рука опустилась на мои волосы - без каких-либо разрешений.
Сильные пальцы у меня над ухом. Они пробираются к затылку, прижимают кожу, притягивают. Заставляют податься вперёд. И он весь рядом, сразу! Скидывает капюшон, обхватывает моё лицо двумя руками.
Мне казалось, что губы - всегда мягкие, какая в них сила? В его есть. Поцелуй выходит жестким и внезапно пробирает до нутра. Как креплёное вино - по губам, по языку, льётся в грудь, где расходится колючим теплом.
Миронар меня держит. Я стараюсь думать об Энии, о Шардисе, даже о ерунде - но не могу.
Мысли сбегают, оставляя меня наедине с чувствами, как волчицу перед отрядом охотников. Чужой вкус, чужие руки на шее, его язык. Жар просыпается только вечность спустя, когда я уже теряю надежду. Наконец, огонь в груди даёт забыть о горящих щеках и льётся прочь.
От меня к мужчине.
Снова хочется оттолкнуть его, мне безумно жаль своё пламя! Но волна бежит по телу. Всё это сравнимо с тем, что было в прошлый раз, только кажется крепче.
Яростнее.
А потом в какой-то миг меня словно бьёт разрядом.
Перед глазами мигает! Огненное марево, как облако, застилает взор. И тут же наваливается тяжесть. Давит на виски. На грудь! Мне становится плохо, гадко - как от резкой головной боли.
Щёлчок перед глазами - и я вижу… не то, что можно объяснить.
Огненная трещина посреди облака. Сквозь неё бьёт нестепримый закатный свет. Я жмурюсь, но это не помогает. Она всё равно здесь. Где-то там бьётся сила, которая тянет ко мне невидимые щупальца.
Ненавидит меня…
Видение отпускает так же резко, как и пришло, оставляя металл во рту.
Он - отпускает.
Я поняла, что стою во тьме и хватаю губами воздух. Лицо всё ещё в плену мужских рук, но я не ощущаю их. Только тяжесть. Кружится голова - так сильно, что трудно стоять.
- Роза, ты в порядке? - голос, почему-то севший, добрался до сознания.
Я пару раз моргнула, стараясь отдышаться. Стараясь… не запаниковать, не ринуться с места, найти в себе силы одуматься и осмотреться.
- Не совсем, - мой шёпот.
Каких демонов он со мной творит?!"
"Почти открыла рот, но воззрилась на проклятого короля - и осеклась. Его плечи пару приподнялись, будто он сам тяжело дышал. Снова погасшие, человеческие глаза, в которых, позволь я себе сойти с ума, можно было бы увидеть намёк на беспокойство.
А потом тень скользнула по его лицу. Брови дёрнулись друг к другу, как в судороге. На миг, не больше - и вновь всё пропало.
