Не желаю приближаться к этой собаке без лишней необходимости. Но помашу вам из окошка!
– Что бы я делала, не согласись ты помахать мне из окошка, – бросила Кейт мачехе.
Мэри лукаво улыбнулась:
– Не знаю, Кейт. Просто не знаю.
В желудке Кейт мгновенно похолодело, а в душе родилось смутное подозрение. Неужели лорд Бриджертон прав? Может, Мэри всерьез занялась сватовством, и не только ради Эдвины.
Эта мысль положительно пугала.
Кейт и Энтони, оставив Мэри в холле, направились к Милнер-стрит.
– Обычно я иду маленькими улочками до Бромтон-роуд, – пояснила Мэри, посчитав, что Энтони не слишком хорошо знаком с этой частью города, – а потом веду Ньютона в Гайд-парк.
Но, если предпочитаете, мы можем пройти прямо до Слоун-стрит.
– Как пожелаете. Я всего лишь следую за вами, – смиренно ответил он.
– Прекрасно, – кивнула Кейт, решительно маршируя по Миллер-стрит к Ленокс-Гарденс. «Может, если смотреть вперед и идти быстрее, ему скоро надоест разговаривать?» – думала она.
Ежедневные прогулки с Ньютоном были временем спокойных размышлений. И спутники ей были совсем ни к чему.
Стратегия прекрасно сработала в первые несколько минут. Они молча добрались до угла Ханс-Кресент и Бромтон-роуд, когда он внезапно сказал:
– Мой брат одурачил нас прошлой ночью.
Кейт остановилась как вкопанная.
– Прошу прощения?
– Знаете, что он сказал, перед тем как познакомить нас?
Кейт споткнулась, прежде чем отрицательно покачать головой.
Зато Ньютон не остановился и, словно обезумевший, дергал за поводок.
– Он утверждал, что у вас не находится слов, чтобы описать меня.
– Нууу, – протянула Кейт, – можно сказать, что он не так уж не прав.
– Он намекал, – пояснил Энтони, – что вы всячески меня превозносили.
Наверное, ей не стоило улыбаться:
– А вот это гнусная ложь.
Возможно, ему тоже не стоило улыбаться, но Кейт почему-то обрадовалась.
– Я тоже так считаю, – ответил он.
Они свернули на Бромтон-роуд и направились к Найтсбриджу и Гайд-парку.
– Но зачем ему это? – спросила Кейт. Энтони искоса взглянул на нее.
– У вас ведь нет брата, верно?
– Нет. Только Эдвина, и, боюсь, она всего лишь женщина.
– Он сделал это, только чтобы насолить мне, – вздохнул Энтони.
– Благородная цель, – пробормотала Кейт себе под нос.
– Я все слышу, – предупредил Энтони.
– На это я и надеялась, – отрезала она.
– И мне кажется, – продолжал виконт, – что он вознамерился и вам насолить.
