В упор поглядела на Дженифер, с очень серьезным видом.
– Что такое, Дженифер? Может, ты хочешь уйти? Ну так уходи!
Дженифер продолжала смотреть в одну точку, укрывшись простыней. Ногти ее так впились в лицо, что глаза Дженифер наполнились слезами. Стефания подошла к ней и крепко обняла за плечи.
– Ты плачешь, Дженифер? Почему?
Эти слова прозвучали грубо, вызывающе. Дженифер сидела с открытым ртом, рыдания подступали ей к горлу.
– Только из-за этого пальца, Дженифер? Что с тобой? Разве ты меня не лизала вчера?
Стефания встала, прошлась по комнате.
На ней были черные трусики. Сейчас она выглядела порочной, развратной женщиной: ничего общего с тем нежным созданием, которое тогда принесло Дженифер кофе в постель. Дженифер, потеряв самообладание, зашлась в рыданиях. Стефания, точно дикий зверь, прыгнула на кровать, уселась на Дженифер сверху, зажав ее руки коленями.
– Бедная киска, как она громко плачет! Я тебе покажу, что делал со мной отец, когда я упрямилась.
Стефания говорила отрывисто, холодным, садистским тоном. Дженифер не верила, что Стефании могло это прийти в голову. Что Стефания способна ее мучить. Но времени на вопросы не осталось. Стефания с силой потянула ее за волосы.
– Хватит, Стефания!
За этим последовал резкий удар по щеке, которая мгновенно запылала.
– Плачь, киска, плачь!
Дженифер приоткрыла глаза, чтобы определиться, как быть, но получила второй удар, по уху, и осталась лежать, оглушенная болью и звоном в голове.
Она почувствовала себя раненой, униженной: ночной кошмар, из которого нет ни малейшего выхода. Но Дженифер испытала и гордость за себя: ей удалось, при явном превосходстве противника, сохранить силы, чтобы даже сквозь рыдания дать отпор.
– Ты просто шлюха!
Оскорбление как будто охладило порыв Стефании. Дженифер ощутила огромное облегчение, когда сестра отпустила ее руки, и принялась массировать их. Стефания по-прежнему оставалась сверху и смотрела с вызовом, насмешливо улыбаясь.
– По-твоему, я шлюха? А ты? Ты никто. Тебе всегда жилось лучше, у твоих родителей есть бабки, приличный дом, новая машина… а я всегда была для тебя куском дерьма, так? А теперь у меня самой есть бабки, куча всякой одежды, квартира, мой отец больше не смеет меня тронуть… а когда мне исполнится восемнадцать, я получу машину. А ты, Дженифер, так и останешься целкой, потому что хочешь спать с мужчиной, но боишься.
