Ларсона нигде не видно, а вот пришедший мундир все еще «пишет» носом в формуляре.
Быстро нахожу взглядом Растика, и он без слов понимает меня. Нечто подобное мы уже проворачивали, когда нам ставили палки в колеса, а мы не знали, кто это. Только тогда это делали не под носом у местной «полиции».
Ну, была не была.
Подхожу чуть ближе к столу, чтобы заглянуть в коробку, и мундир, как ожидается, вот-вот прогонит меня. В этот момент Растик и начинает визгливое шоу.
Все внимание переходит к взбесившемуся песику, а я спешно делаю то, что собиралась, — заглядываю в коробку.
И это все улики? Слепок подошвы башмака третьего размера? А что это с краю?
— Леди Рошэ, ваш пес! — шипит на меня появившийся капитан.
И я тут же отстраняюсь.
— Простите, я была неаккуратна, и он испугался. Растик, ко мне, не будем больше мешать господам. Мы уходим, — подзываю я друга строгим тоном.
Но как же трудно сохранять хмурое выражение лица, когда внутри все ликует. Ведь план дал свои плоды! Дал мне важную зацепку!
Более того, нас не поймали! Даже нервно ждут, когда мы поскорее уйдем.
— Нет, леди Рошэ, вы остаетесь, — звучит властный голос. И в проходе вырисовывается крупная фигура лорда Вэримора.
Глава 19. Фиктивная жена
— Господин инквизитор? — охают разом и синие, и красные мундиры, и зал погружается в вязкую тишину.
Никто не шевелится. Ну, разве что бессмертные пылинки, летающие в воздухе под золотистыми лучами солнца.
Вот только, несмотря на хорошую погоду, мне зябко. Зябко от этого пронзающего холодного взгляда инквизитора, который, кажется, меня только что к чему-то приговорил.
— В мой кабинет, леди, — с неумолимой строгостью говорит он, а затем смотрит на Растика. — Ты тоже.
Он что, понял, что мой песик вовсе не песик? Хотя от такого взгляда даже горный лев подожмет хвост и послушается.
— Растик, ко мне. Пойдем, мой хороший, — зову фамильяра я, чтобы сохранить иллюзию того, что все произошло случайно.
И, пока все остальные, затаив дыхание, смотрят на нас, следую за лордом Вэримором в помещение, что раньше называлось кабинетом для совещаний.
— Что ты наделала? — шепчет мне капитан, когда прохожу мимо него.
Вижу, сколько сожаления в его взгляде, и становится еще страшнее.
Хотя, собственно, а что я такого сделала? Подумаешь, пошалила. Из всего можно выкрутиться. Так ведь?
— Забавное шоу, леди Рошэ, — произносит инквизитор, когда я вхожу в кабинет, и тут же захлопывает дверь, подойдя слишком близко ко мне.
