– Боевой факультет, – шепнула подруга, заметив, на кого я смотрю.
– Так и подумала, кроме них никто не ведет себя вызывающе. Они реально считают себя лучше других?
– Боевики всегда самые задиристые и скандальные, постоянно ввязываются в дуэли и просто драки. Считают, если они на боевом факультете, то им многое позволено, магистр Фергант отмажет. – Девушка скривилась и отвернулась.
– А он отмазывает?! – Трудно было представить учителя, которого считают чудовищем, защищающим своих студентов.
– Ты не поверишь, но да, и очень часто.
Он за своих стоит горой, готов хоть со всем миром поссориться, если кто-то из этих шалопаев попадется на чем-то запрещенном или ввяжется в драку.
Хотелось расспросить о многом, в частности о том, откуда всем столько известно о преподавателях, но я не успела. Звук колокола, казалось, раздался над головой, и все стали строиться в шеренги. Каким-то образом нас с Райэрой выпихнули на передний план, хотя я бы с удовольствием оказалась где-нибудь позади. Нет, я не боялась, но не хотелось мозолить глаза преподавателю.
Понимала, что нельзя полагаться на чужое мнение, стоит составить собственное, но ничего не могла поделать – к ни разу еще не виденному магистру появилась стойкая неприязнь. Никогда за собой подобного не замечала, а тут… Надо срочно отрешиться от памяти предшественницы и от ее ощущений, иначе и до проблем недалеко. Эта девчонка боялась собственной тени, поддавалась влиянию всех, кто находился рядом, что мне совершенно не нужно, я это я.
С последним ударом колокола появился и сам гроза академии. Облегающие штаны, жилетка на голое тело, испещренное шрамами, темные каштановые волосы с легким медным отливом едва доходят до плеч. На лице тоже небольшие шрамы – над бровью и возле виска. Глаза с красноватым отблеском пытливо разглядывают студентов. В целом магистра можно было бы назвать симпатичным, если бы не хмурое выражение лица и колючий взгляд.
– Опоздавших или не пришедших на занятие нет? – рявкнул.
В ответ – тишина. – Значит так, меня зовут магистр Фергант, кто еще не знает. На наших занятиях я буду делать из вас бойцов, выбивать слабости, так как вы – будущее нашего мира. Но это после окончания академии, кто дойдет до конца. Пока же вы никто, живое мясо. Слушаться должны беспрекословно. Сказал «падать», значит, упали. Никаких пререканий. Сейчас я хочу увидеть, на что вы, такие никчемные, способны.
Еще несколько минут он обзывал нас как придется.
