Как только мы высадились, Шари бросилась к большому бассейну, зачерпнула обеими руками воды и попробовала:
– Солёная!
– Фу, воду из бассейнов не пьют! – с отвращением поморщилась Элла.
– Да ничего страшного. Мы постоянно закачиваем в большой бассейн свежую морскую воду, потому что у нас тут два водных оборотня… Одного из них вы уже видели, – объяснил бородатый директор. Он немного забеспокоился: наши оборотни-дельфины, Крис и даже мисс Уайт выглядели так, будто вот-вот скинут одежду и попрыгают в воду.
– Бро, а второй водный оборотень кто? А акула у вас есть? – спросил Ральф. – Можно нам переночевать в бассейне? Очень охота.
Пока учителя совещались, можно ли – видимо, да, – Караг указал на деревья:
– Смотрите!
– Ух ты! – восхитился я, увидев на высоте примерно пятнадцати метров домик со всеми прибамбасами – даже с застеклёнными окнами. К фасаду были приделаны жёрдочки и площадки для приземления. На других деревьях я разглядел около десятка искусно сплетённых из ветвей гнёзд намного крупнее обычных птичьих.
Там даже человек бы поместился. Между ветками были вплетены разноцветные ленточки – у каждого гнезда свой цвет.
– Почему… – начал я, но Сьерра предугадала мой вопрос:
– Дом с участком достался нам от оборотня-птицы, который был женат на оборотне-тюлене. Они завещали его Совету, а тот отдал его папе, когда он решил основать новую школу для оборотней. За лето мы заново покрасили дом и всё отремонтировали – каторжный труд!
– Гнёзда очень перистые, – сказала Дейзи.
– Так ведь говорят, да?
У нас в головах раздался девчачий смех:
– Да, но говорить так могут только те, у кого есть крылья!
– У меня есть. – Дейзи отпустила колёса инвалидной коляски и вытянула руки. Рука покрылась серыми пеликаньими перьями – но только одна. – Упс. – Дейзи поспешно превратила крыло обратно в руку.
На лице Иззи отразились сомнения. Да, у неё есть крылья, но она однозначно не птица.
Я пытался разглядеть говорившую. Между деревьями мелькнуло что-то синее – наверное, ара! Попугаев я представлял себе на жёрдочке в клетке, но этот красавец с длинными хвостовыми перьями летал на воле.
Бесшумно, словно привидение, приблизилась белая сова, за ней – огромный беркут с коричнево-золотистым оперением и мелкая птичка с серыми крыльями, белым брюшком и забавным чёрным хохолком – ага, мальчик-синица. Он пытался парить величественно, как беркут, но вдруг стал стремительно терять высоту."
"– Кроули, тебе этого не дано.
