— Идите, переодевайтесь.
— Давайте в самом деле позагораем часик, Анастасия, — поддержала его Ри, — у меня совсем нет настроения работать.
Как будто у меня оно есть. Если бы не дети, я бы вплавь пустилась к берегу, он даже виднеется вдалеке, как-нибудь доплыла бы.
А потом представила, что Тагаев увидит меня в купальнике и покраснела так, что кожа начинает гореть. Вот и сижу теперь с наглухо закрытым телом от щиколоток до кистей рук, с широкополой шляпой на голове, в очках и с завистью смотрю на лазурное море.
Оно такое притягательное, манящее… Ну кто меня дергал за язык и заставлял выдумывать басни о загадочной аллергии на солнечные лучи, от которых я покрываюсь жуткими пятнами?
При этом Тагаев двусмысленно хмыкнул, и мне показалось, ни на секунду не поверил, как я ни старалась. Зато Ариана поверила и очень мне сочувствовала.
На берегу я достала надувные нарукавники и протянула Тагаеву.
— Возьмите, Артур Асланович, и дуйте. Продемонстрируйте мощь ваших легких.
При этом старательно отводила глаза, которые, как назло, не хотели отводиться, а хотели пялиться на рельефно прорисованные косые мышцы, которые ныряли в плавательные шорты.
И в шорты бы тоже с удовольствием заглянули.
Тагаев как будто читал у меня с лица, потому что смотрел, наоборот, прямо и нахально.
— А зачем им нарукавники? — он повернулся к детям. — Вы что, плавать не умеете?
И на меня посмотрел, как на негодящуюся мать. Мать-кукушку.
— Анастасия Андреевна, почему они не умеют плавать?
— Мама водила нас в бассейн, — заступился за меня мой старший сын, Данил, — но недолго.
— Почему? — Тагаев продолжал сверлить меня глазами.
— Нас выгнали, — объяснил Давид. — Мы тренера планшет в воду уронили. Нечаянно.
Артур начал расспрашивать мальчиков, как это было, что за бассейн, кто там тренер. И наконец-то от меня отстал.
Теперь он приплывает обратно с Ди на спине, и его снова атакуют сыновья.
— Нас, нас тоже покатай, Артур, — кричат они наперегонки.
Тагаев смеется и предлагает мальчикам посчитаться, кто прокатится на нем первый.
— А вы раньше нигде не встречались с Артуром, Анастасия? — вдруг спрашивает Ри, и мир вокруг нас будто замерзает, покрываясь ледяной коркой.
Между нами холод ощущается каждой клеточкой, каждым нервом.
— Почему вы спрашиваете, Ариана? — я предельно вежлива и напряжена. И прекрасно понимаю, почему. Ри не сводит глаз с Артура и с наших с ним сыновей, вот почему.
Она поворачивает голову и смотрит на меня.
